Феликс любит Чана, но боится признаться. Боится, что его чувства отвергнут. В один день, Банчан сам пришёл к Ликсу и всё разъяснил.

Феликс чувствует себя немного неловко, когда понимает, что все смотрят на них, но он просто наклоняется к лидеру, вздыхая, когда Крис прижимает его ближе, обнимая за плечи. У него есть мгновение, чтобы понадеяться на то, что каким бы ни был вызов для Криса, это не будет значить, что он отпустит Феликса. О. О боже. - Ты должен поцеловать Феликса. Или Чан и Феликс осмеливаются поцеловать друг друга на вечеринке, и за этим следуют последующие действия.

— Хен, почему ты всегда пьёшь ананасовый сок? — Мне нравится вкус, — отвечает ему Крис, — тебе тоже понравится.

Здесь так много людей. Так много людей, которые могли бы бросить один взгляд вниз и понять, что именно происходит, потому что Чан уверен, что у него красное лицо, губы Феликса всё ещё слишком близко, а его рука прямо там, где все её могут увидеть. Слишком уж высоко, чтобы это прикосновение сочли дружеским. Или, Чан осознаёт кое-что про себя на ISAC 2019.

– Добрый день, – здоровается он, отодвигая стул из-за стола, чтобы сесть напротив Феликса. – Я доктор Бан, но ты можешь звать меня Крис, если тебе так будет комфортнее. Я твой врач на сегодня. Это твой первый раз, верно? // Или история о том, как Феликс впервые сходил к гинекологу, у которого оказались не самые лучшие намерения.

– Что привело тебя сюда так поздно? – нервозность на лице Феликса тут же привлекла внимание мужчины. – Тебе не о чем волноваться. Ты же знаешь, я не стану тебя осуждать, только Богу дано это право, – сказал Чан. – Ты можешь рассказать мне о своих волнениях, – его язык тела выражал искреннее беспокойство, но голос звучал ровно и глубоко, будто бы вытягивая из Феликса грехи. – Меня посещают… нечистые мысли, Отец, – пропищал Феликс, стискивая кулаки на коленях в попытках сдержать дрожь.

Феликс кидает на пол свою рубашку, извиваясь в чужих руках, крепко держащих его за талию. — Мы ведь никому не скажем об этом, верно, котёнок? — шепчет Чан на покрасневшее ушко, губами прихватывая мочку, и младший хнычет, сходя с ума в его объятиях. Он мелко кивает пару раз, и Чан, хмыкая, целует его в шею. — Договорились, солнышко.

— Они не вместятся, — быстро говорит он. — Ни за что. — Не знаю, — говорит Крис, бросая на него тот ужасный, хитрый взгляд искоса, который он бросает на него только тогда, когда собирается устроить неприятности, — Я видел, как ты вмещаешь больш... — Нет. Не заканчивай это предложение, — ворчит Феликс, и Крис хихикает.