Они оба танцуют, только один - балет на сцене театра, а второй - брейк на улице. Они не должны были пересечься, но однажды в подземном переходе Акутагава не сдержался и высказал свое пренебрежение в адрес выступавшей там группы.

— Ты взаправду не знаешь, что значит это слово? Акутагаву посещает мысль, что он феерично облажался. И это чувство — мрачное ожидание конца — влечёт за собой стремительно зарождающуюся где-то внутри истерику.

Дата их сражения не исчезла отметками из календарей. Акутагава проиграл, но с него взято совсем иное обещание.

Руки в обрезанных на пальцах перчатках сжимают изо всех сил лацканы плаща, ноги, спотыкаясь, шаркают по бетону. Здесь темно и грязно, и пахнет не очень приятно, но Ацуши не замечает этого, потому что к нему, прижимаясь, льнет горячее возбужденное тело. Ему плевать на грязь на асфальте, на людей, идущих совсем недалеко от тесного проулка по главной дороге. Плевать, потому что Акутагава так кусает его губы, плевать, потому что его язык движется так восхитительно.

Постепенно Акутагаву настигает осознание своей растущей симпатии по отношению к Ацуши. Не зная, как быть, он стремится похоронить возникшие чувства глубоко в душе и ставит стену между собой и напарником, оставляя Накаджиму в замешательстве.

Ты будто бы мертв – а будто бы и жив. *** Сны, где наши слабости помогают двигаться вперед – самые правильные…

Слишком длинная АУшка про черт-пойми-какую военную академию, где в конце Хината имеет Кагеяму, даже если технически наоборот. Нельзя воровать чужие трусы.

Хината ловит себя на том, что ему нравится стоять рядом с Кагеямой в автобусах и поездах. Это ничего не значит... вероятно. Возможно.