Воскресший Вей Ин обнаруживает себя в теле нелюбимого супруга Лань Чжаня, которого он домогался в своей прошлой жизни. Душой Лань Чжань узнает его сразу. Для всего остального понадобилось чуть больше времени и стараний.

Прожив невыносимо долгих три года после смерти Вэй Ина, Лань Чжань однажды просыпается, и понимает, что ему снова пятнадцать лет, что не было кровопролитной войны и всех её последствий, можно было бы принять всё за долгий и мучительный сон... Но старые раны никуда не делись, ноют шрамы, напоминая обо всех совершенных ошибках. И кругами на воде расходятся перемены, которые в мир приносит человек, не желающий во второй раз потерять самое дорогое.

Постканон дорамы (ВанСяни не вместе). Вэй Ин перемещается в прошлое, в тот самый день, когда Лань Чжань впервые позвал его с собой в Гусу. Вэй Ин уже темный заклинатель и война в самом разгаре. Можно ли на этом этапе что-то исправить? И что делать с осознанием собственной влюбленности в лучшего друга?

Лань Сичень неуверен и очень взволнован, но также чертовски рад. Ведь уже завтра в Гусу на ежегодное обучение должны прибыть приглашённые ученики из других орденов. А значит, это очередной шанс для Ванцзи найти себе друзей, но даже не это так радует. А радует и удивляет то, что когда он говорит об этом брату, то Ванцзи выглядит очень взволнованно и радостно. AU: Где Вэй Усянь и Лань Ванцзи вернулись в прошлое, а Лань Сичень просто пытается понять, почему его брат так сильно изменился.

— Я создала ещё одну технику, — объяснила Лань И. — Застывшее время. С её помощью я могу открыть тебе выход к тому моменту, который поможет пустить историю по новому пути. Если ты готов спасти того, кого любишь.

Первое, что видит Вэй Ин — потолок цилительского зала Юньмена. Первый, кого видит Вэй Ин — его шиди

Когда великому и ужасному главе Вэнь на голову падает книга, Совет кланов резко и внезапно перестаёт быть томным.

Мир разделён на альф и омег, и это неизменно. Однако, и без казусов не обошлось. Альфа, что умер, а после переродился омегой. Сможет ли он смириться с этим? Способен ли он сохранить трезвость рассудка или пойдёт на поводу инстинктов? А ведь он мужчина, а значит, у него есть гордость. Вэй Ин думал, что привык терпеть. Тогда почему сердце так нещадно болит?

С давних времён драконы клана Лань считались приближенными к богу. Они отдалились от мира, живя в спокойствии и мире. Так продолжалось веками. Когда-то Облачные Глубины были открыты для обучения праведности, однако уже много лет никто не получал ни единого приглашения. Они стали недосягаемы. Величественный лик никто не помнит, и лишь рисунки в книгах запечатлели всю их красоту и сдержанность. Драконам отведена вечность. Это их награда и их проклятье. Никто не в силах убить дракона, кроме как...

Последние четыре месяца Лань Ванцзи пребывал в раю. С маленькой оговоркой, с легкой горечью на кончике языка... но однозначно в раю. А затем его будто сбросили в ад, если тот может состоять не из обжигающего пламени, а изо льда, которым покрывается сердце Ванцзи. Наверное, чего-то такого он и ожидал с того момента, как дядя процедил сквозь зубы: – Вэй Усянь дал согласие на брак.

Вэй Ин уже неделю чувствует себя серой, выжатой, заплесневелой тряпкой для посуды, когда Лань Чжань возвращается из магазина с безучастным видом и кладет на кухонный стол тест на беременность.

Судьба дело непостоянное. Она меняется каждый раз когда мы принимаем решение и все зависит от нас. Что случится с персонажами Магистра, если в их судьбу вмешается сама богиня?

Никто даже не мечтал когда-нибудь узнать будущее, но видимо небожители решили сотворить немного чудес.

За миг до того, как его растерзали его же призрачные солдаты, Вэй Усянь был затащен в другое измерение. Схватившим оказался сам Яньло-ван. Он даёт Старейшине Илин книгу и отправляет в прошлое, чтобы изменить будущее

Лань Чжань замечает, что сам улыбается в ответ. "Иди домой", - мягко побуждает он. Холодно, а Вэй Ин явно одет недостаточно тепло, чтобы находиться на улице. Улыбка Вэй Ина тускнеет. "А-Ин спит здесь, когда холодно, - говорит он Лань Чжаню. – А летом А-Ину нравится быть у пруда!". Лань Чжань хмурится, оглядывает переулок, в котором они находятся. От мысли оставить Вэй Ина здесь что-то скручивается внутри. “Вэй Ин уже ужинал?» (Или: ау, где Вэй Ин вырастает в Гусу Лань)

—Вэй Ин, вернись со мной в Гусу —... —Вернусь

Они действительно были заняты важным и шумным – обнаженные на смятой кровати. Лань Хуань так жаждал увидеть брата, что даже не подумал, чем именно они могли заниматься.

Китайская идиома 亡羊补牢 [wáng yáng bǔ láo] — «Чинить загон, когда овцы разбежались» — означает русское «Лучше поздно, чем никогда». Основатели Великих Орденов тихо наблюдали за разрушением своих детищ. Кажется пришла пора вернуться в строй и внести свою лепту.

— Ханьгуан-цзюнь, — повторяет Вэй Усянь. Сердце сжимает. Он хочет… но он правда собирался справиться с этими кошмарами до того, как они вновь встретятся, чтобы не обнаружить, что вновь полагается на близость Лань Ванцзи. Он не должен возвращаться сейчас. Но он так устал, и его сила воли рассыпается. — Да, — говорит он. — Хорошо. Заберите меня с собой в Гусу.

– Как думаешь, с кем ты помолвлен? – спросил Вэй Усянь, развалившись перед Лань Ванцзи, поджавшим губы от этого вопроса. Он не должен был валяться так, ведь они были в библиотеке, и Лань Ванцзи занимался, но он ничего не мог с собой поделать. Он всегда любил развалиться с комфортом. – Я не думаю, что это важно, – ответил Лань Ванцзи, даже не оторвавшись от книги. – Как так? – Вэй Усянь даже сел. – Как ты можешь так говорить? Конечно, это важно! Ведь с этим человеком ты проведёшь всю жизнь!