Чон Чонгук просто пытается выжить, мечась между учебой, работой и нелегальными боями. А Ким Тэхён просто решил, что этот мальчишка будет принадлежать ему.

Каждую неделю Тэхён ходил в клубы… Или в бары. На самом деле, место и время суток никогда не имело значения. Тэхёну всего-лишь нужно было притвориться сильно пьяным, чтобы какой-нибудь «хороший» альфа подошёл к нему и узнал, в порядке ли он. И чтобы после исключительно из хороших побуждений, сгорая от желания воспользоваться беззащитным телом, отвёз в дешёвый мотель. Система всегда работала исправно. Но однажды даже она дала сбой в лице Чонгука. В лице альфы, который действительно хороший.

— Давай ещё раз, я не успел увидеть, — Тэ отчаянно тянет все гласные. — Милый, — Чон сжимает в руках одеяло до такой степени, что, наверное, болят костяшки. — Ты уверен, что хочешь этого? — Но мне нужно, Чонгук, — Тэхён говорит сладко, подползая сбоку от альфы и поглаживая его руку. AU! где Тэхёну надо сдать экзамен по гистологии, а чёртова альфья половая система и процесс формирования узла никак не идут навстречу. Именно поэтому Тэ решает попросить помощи у соседа по квартире.

Они оба впервые чувствуют себя по-настоящему важными.

Захлопнув дверь, Ким подошел к столу и облокотился на него руками, приводя дыхание в порядок. Только этого не хватало, чтобы в его бригаде был тот, на кого встает при одном только взгляде. «Нет, нужно держаться от него подальше. Только рабочие отношения, никаких больше "таких" взглядов» - давал он себе мысленно установку.

Чонгук считает губы Тэхёна невероятно красивыми. Он любит в них всё — от чувственной формы до вишнёвого цвета. Существует лишь одна проблема: губы единственная часть тела, которую Тэхён не позволяет ему целовать.

— Бутылку бароло, куриный суп — три порции, порцию гриссини к ним, два салата пармиджано, и на десерт… простите, можно ещё раз? — Вас. — Меня, — утвердительно кивает Чонгук, а потом его осеняет, и он, встряхнув головой, переспрашивает: — Простите?.. — Больцано — яблочный пирог.

Его банда превыше всего. Нерушимый, железный постулат, который Тэхен ни разу не ставил под сомнение. До тех пор, пока не встретил Чонгука.

Сделав глоток холодного пива, Хосок, усмехнувшись, говорит ему: «Действие. Напиши ему в Директе, что ты бы с ним сделал, всё равно не ответит и не просмотрит». А Чонгук, да, крашит самого популярного парня из их универа, конечно, но сегодня тоже до чёртиков пьян.

Наш бразильский пляж и одурманивающая пина колада, что блестит на твоих губах, освещенных закатным солнцем Рио.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

Тэхён прерывает поцелуй, поднимает голову и смотрит в черные глаза, но не отодвигается, остаётся на месте. - Тебя не смущает, что ты, альфа, сидишь на альфе и целуешь альфу? - шепчет Чон, смотрит на покрасневшие губы. - Меня - нет, а тебя? - Меня - да. - Мне остановиться? - Нет...

Чонгуку сказали, что для того, чтобы Тэхен в него влюбился, ему нужно его рассмешить, но каждый раз, когда Тэхен смеялся, влюблялся Чонгук.

— Если я соглашусь… — начал он хрипло. — Что мне придётся делать? Ходить за вами и объяснять, когда надо улыбаться, а когда — нет? — В общих чертах — да, — кивнул помощник. — И никакой расчленёнки? — Чонгук всё еще не доверял этой идеальной тишине. — Это не входит в мой график, — абсолютно серьёзно произнёс псих.