Alien Stage – маленький музыкальный канал в Звездном Потоке, настолько незначительный, что на нем даже не ведутся прямые трансляции, а вместо прохождения сценариев местные воплощения состязаются на сцене. Так получилось, что у Ю Джунхека нулевой регрессии в этом мире затерялся сын, и одним своим появлением ребенок регрессора перевернет планы Компании с ног на голову

Во-первых, хозяин прикончит его, если он не напишет ничего к следующему званому ужину; во-вторых, воспитатели уже допытывают его дурацкими экспериментами. В-третьих, и это самое жуткое, у него стоит столбом на Ивана, и Тилл считает это первопричиной всех его нынешних блядобед.

— Ты в порядке? Он видит чёрное. Чёрные волосы, чёрные глаза — того самого оттенка. Краешек чёрного свитера под наушниками, уютно устроившимися на шее. Всё это настолько неправдоподобно, что слова не идут. В голове — шум, он звенит статикой в висках. Тилл облизывает губы, по венам пробегает ток. Он пытается сглотнуть — не получается, горло пересохло. Он говорит: — Иван?

Визг электрической гитары по живому мясу — так это ощущается.

Вырванный из когтей арены после седьмого раунда, Тилл оказывается в безопасности, но желанная свобода оборачивается мукой. Физические раны заживают, но душевная боль от потери Ивана, пожертвовавшего собой ради него, кровоточит. Он рядом с Мизи, но близость не приносит утешения, ведь сердце разрывается между призрачной благодарностью и запретным чувством к погибшему другу. Спасение стало началом новой битвы – битвы с самим собой.

— Предлагаешь переспать? — Ты спрашиваешь моего желания или просишь об этом? — Просто ответь да или нет. — Ну, допустим, да. — Отлично.

Тилл сделал несколько панических шагов назад, захлопнув за собой дверь. Подержав пару секунд ручку нервно подрагивающими пальцами, он вновь потянул ее на себя. Ничего не изменилось. Иван, этот широкоплечий высокий идиот был одет… в платье.

Мир Ивана сузился до одной точки: человека, стоящего на залитой ярким светом прожекторов сцене. Первые аккорды волной бушующего прибоя разлились по залу, взбудоражив толпу. На миг их взгляды пересеклись, и Тилл подмигнул ему. В тот же миг по позвоночнику Ивана прошел электрический разряд. Внутри него разгоралось нечто, что Иван никак не мог осознать; оно сжигало его грудную клетку и стремилось вырваться наружу.

Девушка Ивана хотела показать её любимый тату-салон, где они хотели набить Ивану новую татуировку, но кажется мастер принимающий парня, зацепил его настолько , что видимо Иван не остановиться на ещё одной татуировке.

Они разорвали всю его одежду и облили второсортным майонезом с головы до ног. Теперь он весь в липкой, белой массе, выглядит совершенно жалко и мерзко, а его хозяина это бы только позабавило. Как отвратительно. Чем же его любимый Тилл заслужил такое отношение? Тем, что он выделяется? Все остальные - как серая масса и только Тилл, как яркие краски. — Ох, Тилл, кто же тебе еще поможет, если не я? Ты уже не маленький, но все еще такой глупый.