Странно вышло: он когда-то начал ссору, а окончательную точку в их общении поставила она. Слова были сказаны, и назад их уже было не забрать. Они разошлись в разные стороны по холодному, пустому коридору, и на этот раз оба понимали — это навсегда.

Кейн снова вынуждает всех персонажей Цифрового Цирка участвовать в своём приключении, которое настроено на сплочение коллектива. Рагате придётся сблизиться со своим злейшим врагом. Но, может, в этом и нет ничего плохого?

Может быть, когда она перестанет притворяться хорошей девочкой, Джекс расскажет ей, почему остался рядом с ней на этот короткий момент, почему поинтересовался её состоянием после последнего приключения, пусть и по-своему, и почему же они всё-таки похожи.

Джекса до ужаса бесит ее нежный голос, ее тупые огненные волосы, ее сиреневые бантики. И еще больше бесит непреодолимая тяга к ней. Она всегда была прекрасна в умении его злить. Но теперь она была прекрасна по сути своей: ее нежный голос манит, тупые огненные волосы притягивают прикоснуться, а ее сиреневые бантики все равно странные.

Постоянные квесты нужны для того, чтобы окончательно не сойти с ума. Но порой, этого становится слишком мало для сохранности здравого рассудка. Настолько, что в ход идут другие способы, однозначно способные заглушить душевную боль.

Один вопрос от Помни раскрывает то, о чём Джекс и Рагата давно молчали — о потерянной дружбе и чувствах, которые уже не спрятать.

Устав быть объектом его шуток, Рагате приходит в голову блестящая идея использовать немного обратной психологии, чтобы отпугнуть Джакса. Притвориться, что он ей нравится, чтобы оттолкнуть его. Это приводит к невероятным последствиям для них обоих.

— Слезь с меня! — рявкнул он, пытаясь освободиться, но Рагата даже не пошевелилась. Она сидела уверенно, будто её мягкость исчезла, оставив только силу и решимость. — Ты можешь продолжать спорить, Джекс, — продолжила она спокойно, но с ноткой угрозы. — Но если ты ещё раз захочешь ранить меня словами, я найду способ сделать тебе так же больно. И, знаешь, мне кажется, тебе это не понравится.

Он, конечно, будет мять её плюшевое тельце; он, конечно, будет с ней нежен. Ведь она — кукла. Вся в заплатках и с пуговицей вместо глаза.