Мидей берёт его ладонь в свою, отстраняет от лица и сердце Фаенона на мгновение падает. Мидей никогда не говорил «люблю», не отвечал даже «я тоже» на признания Фаенона. Мидей оглаживает его запястье большим пальцем, а потом заводит ладонь себе за спину, касается кончиками пальцев хребта. — Десятый грудной. Так ты сможешь убить меня, если захочешь. В Мидее сейчас видна лишь безмятежная нежность, мягкая, как шерсть котёнка. Это больше, чем любовь. Это — всё.

Неожиданно для самого себя, в голову пришли цветы. Может какой-нибудь скромный и вечно угрюмый букет? Чтобы кое-кто понял, что цветы преднозначаются именно ему. Попутно вспомнился и язык цветов, может у кремносцев тоже имеются подобные устои? Авось не все их книжки могли быть заполнены разными безжалостными способами расправы над своими врагами.

После смерти отца Мидею в наследство достается старый дом в небольшой деревушке под названием Элизия Эйдес. Он планирует продать его и едет в деревню, чтобы проверить состояние дома, совершенно не подозревая о том, что именно в этом месте скрываются его самые теплые и пугающие воспоминания.

Жизнь Фаенона нелегка: арендная плата растёт, свидания – сплошная катастрофа, а теперь ещё и весь интернет думает, что он гей, потому что он постоянно смотрел, совершенно точно не пялился, на бариста во время свидания. Он клянётся, что он натурал. Абсолютно. Без сомнений. Просто… Ну… Бариста выглядит сногсшибательно, окей? И, возможно, его тело потрясающее… Конечно же он это подмечает чисто по-мужски!

В день, когда на Амфореусе закончились циклы, когда наступило «завтра», Спаситель не находит для себя места в новом мире.

Выходец из забытой деревни Фаенон отправляется в священный город, чтобы поступить на службу в городскую охрану, набраться опыта, а потом посетить главный храм божества, которому он поклоняется с раннего детства. Но юноша с меткой в виде солнца на шее еще не знает, что великий Мидеймос, бог войны и раздора, тоже наблюдает за ним.

Ребенком Фаенон пишет письма в бутылках и кидает их в тихую речушку малой родины. Все реки волей Фагусы соединяются в Реку душ, письма попадают в руки Мидея и поддерживают его волю выбраться в мир живых. Раз за разом.

"И что ты хочешь за победу?", невпечатленно изгибает брови Мидей, выражение застыло между раздражением и насмешкой, словно итог их спора уже предрешен и даже тратить силы на него не имеет смысла. Фаенон, привыкший к легкой надменности воина, даже не обращает на вызывающий тон внимания, лишь задумавшись на мгновение, пока его не посетит внезапная, но забавная на его взгляд мысль. "Хм, как насчет… поцелуя?"

– Фаенон! – названный очнулся от своего кошмара лишь после отрезвляющей пощёчины, которая внезапно обожгла кожу. Они были не на поле боя, в уши била оглушающая тишина, а воздух был свеж и лëгок. Они были в покоях Фаенона. Больше ничего не угрожало его жизни и тысячи жизней Мидея.