— Серьезно, ты под кайфом. Дай мне тоже что-нибудь. Пожалуйста, чувак, — бормочет Нам-гю, слегка выгибаясь, когда Су-бон разводит пальцы шире, чтобы растянуть его. Он не умоляет — просто ему действительно нужно что-то, чтобы оставаться в настоящем. — Я не под кайфом, — ровно отвечает Танос, ни разу не останавливаясь. Его свободная рука гладит бедро Нам-гю, слегка сжимая его. Нам-гю задыхается. — Что? — запинается он, оглядываясь через плечо, в замешательстве хмуря брови. — Я не под кайфом

—Может, тебе стоит притащить сюда MG Coin, и этот ублюдок сможет отплатить мне минетом, — смеётся Танос. — Он, наверное, и это не сможет, — затем, не в силах сдержаться, он добавляет — К тому же он не так уж и привлекателен. Смекаешь? Я имею в виду… — Нам Гю делает круговое движение рукой вокруг своего лица, ухмыляясь, как кошка, когда уточняет — физически. Тебе не кажется, что ты мог бы найти кого-то получше? — А ты? — серьёзно спрашивает Танос, — Ты согласен?

Нам-Гю испытывает сильную ломку и ему позарез нужны таблетки — поэтому он делает единственное, что у него хорошо получается, то, что всегда помогало ему завладеть желаемым. Но что, если на этот раз Танос ему не поддастся?

— А сегодня будет Нам Гю? Хочу поглазеть на его красивое голое тело? Или ты один? Су Бон усмехнулся, в его голосе зазвучали насмешливые нотки. — Bro, а чем я хуже? — он приподнялся, проведя рукой по своему торсу, подчеркивая рельеф мышц. — Вроде тоже хорош. Если трансляция на порносайт, то это обязательно должно быть порно? Почему я не могу просто поговорить с вами, guys ? — в его голосе проскользнула нарочитая обида, как будто он действительно почувствовал себя оскорбленным.

У Нам-гю очень сильно трясутся руки, и он боится, что не справится с играми. Он смотрит на своего напарника, известного репера Таноса, который, чтобы справиться со страхом, начинает принимать запрещённые препараты, что тщательно скрывает от всех. Но Нам-гю замечает это и просит у товарища тоже дать ему попробовать, тот нехотя соглашается, но с одним условием, которое он позже огласит. Позже, в туалете, после того как они справятся, Су Бонг наконец раскрывает это условие…

Нам Гю хочет разговаривать с ним, трогать его, все что угодно лишь бы быть рядом. Замечая это, Чхве Субон решает действовать первым, и парни закрываются в кабинке туалета.

— Ты сам-то хоть раз слушал мои треки? – фыркнул парень, – Я не просто слова на бит накладываю. Это искусство, понимаешь? А искусство, как мы знаем, требует жертв. — Жертв? – Нам Гю поднял бровь, – Ты хочешь, чтобы я стал твоей жертвой? Ну уж нет, я не собираюсь стонать в микрофон, как какой-то актер озвучки фильмов для взрослых.

"i’m gay and i have an erection only on men" — фраза, которая теперь навсегда останется на его теле. Но сейчас Нам Гю думал не о татуировке, а о человеке, который должен был её набить. О том, что скоро он встретится с ним лицом к лицу.

Упало мыло в бане... Субон поднимет, а потом ещё и отдерёт хорошо. Ему правила не писаны.

Намгю привык быть один, даже когда от этого одиночества уже тошнило и просто хотелось ощущать кого то рядом. Так будет легче. Он не будет скучать по его губам, идиотской улыбке, пьяному взгляду и таких желанных касаний. Он так думал. Но Танос полностью изменил его жизнь в корне одним своим присутствием. Больше Намгю не хотел оставаться один и цеплялся за любую возможность чувствовать любовь а не привязанность. Но в самый ответственный момент он воткнул нож в спину единственного, кто любил его

Учитель вошёл в его жизнь случайно, но вместе с ним пришло то, от чего невозможно спрятаться: тянущее к себе чувство, желание быть рядом и без остатка принадлежать.

В этой вражде слишком много жара, чтобы она не закончилась на чужих губах.

Нам Гю соглашается на на предложение Су Бонга снять home видео Написано по идее из тик тока, авторства @m4lho, а также популярного хэдканона (Танос просит Нам Гю постонать для его нового трека)

Таносу нужно придумать обложку для своего нового альбома. Нам-Гю — его идеальная модель.

«Серьёзно?» — бормочет Нам-гю, его лицо заливается ещё более ярким румянцем. Танос думает, что смущение ему к лицу. «Скажи мне, как сильно ты это любишь», — повторяет Танос. «Давай, Нам-су. Пожалуйста». «Пожалуйста?» — повторяет Нам-гю, лениво ухмыляясь. «Тебе следует чаще умолять. Тебе это подходит».

Нам Гю принимает решение избавиться от зависимости, но Танос не может смириться этим фактом: он считает наркотики единственной вещью, которая способна их связать.

Нам-гю — пример отчаянной привязанности, в которой страшно признаться даже самому себе. Осознание невозможности взаимных чувств заставляет его отрицать собственные в два раза сильнее, потому что позволить им быть — означает почувствовать себя слабым, ощущить боль от разбитого сердца, которую он больше всего на свете не хочет ощущать. Ау, где кресты победили после третьей игры, и все игроки вышли с обещанными деньгами.

Кто бы мог подумать, что Танос так западёт на своего друга прилипалу, что даже после игры он пытается отыскать его по всему Сеулу.

Пентагон должен лучше заботиться о таком сотруднике как ты, Нам Гю.

Нам Гю моргает, переводя взгляд с раскрытых рук Таноса на его расслабленную позу. Смущение прекрасно обрамляет его лицо, оно подходит ему так же хорошо, как и эти дурацкие очки. — Ты что, издеваешься надо мной? Танос на мгновение задумывается. — Хочешь, чтобы это было так? Или: Нам Гю недавно поменял контактные линзы на очки, и Танос не может перестать пялиться на него. Эти две вещи совершенно не связаны между собой.