Драко Малфой приступает к новой работе в Отделе международного магического сотрудничества — и всё идёт не по плану.

Гермиона Грейнджер вернулась на восьмой курс. Но от привычной заучки-гриффиндорки не осталось и следа: курение, татуировки и поведение без тормозов. Драко Малфой избежал Азкабана и отбывает наказание в Хогвартсе, выполняя роль Главного старосты. Все бы шло по канону Драмионы, если бы не появился третий лишний. А где третий, там и четвертый, и пятый. Как развернутся события на восьмом курсе Хогвартса? Закончились ли боль, страх, похищения и смерти? И какие тайны хранят ученики?

Семь лет после битвы за Хогвартс. Волдеморт проиграл, но два крестража уничтожить не удалось. В Британии гражданская война, и в воздухе витает предчувствие надвигающейся катастрофы. Гермиона Грейнджер изучает магию и способы ее интеграции с магловской наукой, когда однажды вечером к ней домой заявляется Драко Малфой с оглушительными новостями.

Гермиона, мечущаяся между маггловским и магическим мирами, как научный работник и целитель, находится на грани большого открытия. Драко же – аврор, приставленный к ней для защиты от неизвестных сил – к их обоюдному неудовольствию. Вы увидите сверхкомпетентную, вспыльчивую Гермиону на пару с ленивым, но все же опасным Драко. Слоу-берн.

Его взгляд был полон нежности и злости. Гермиона не могла понять, как такое могло сочетаться в одном человеке. Она видела по его глазам: он хотел… Он хотел ее, но также он хотел ее убить. Но не мог. И это его злило. *будьте осторожны, фанф ТЯЖЕЛЫЙ.

Драко Малфой находит зеркало Еиналеж в Выручай-комнате. Увиденное в отражении напоминает ему, почему он никогда не сможет стать настоящим Пожирателем смерти. Годы спустя Драко предаёт Тёмного Лорда, спасая Гарри Поттера и других пленников из Малфой Мэнора. Однако, что он будет делать, когда по прибытии в Орден столкнётся с последним испытанием своих истинных намерений. Драко придётся посмотреть в зеркало Еиналеж в присутствии наблюдателя. Но что, если этот наблюдатель – объект его желаний?

Гермиона аврор, приставленная к Драко Малфою, чтобы охранять его, пока он пытается умереть.

Ученики, израненные морально и физически, пока ещё не знали, что судьба все решила и распланировала за них, обзаведясь девизом: «Найди правильного человека, который сможет излечить твои раны, и не испугайся, когда поймёшь, кто это».

В мире, где узнать своего соулмейта можно лишь испытав на себе его эмоции, страшнее всего понимать, что ты ничего не чувствуешь. Но почему, обнаружив свою родственную душу, Гермиона Грейнджер никак не может отделаться от ощущения неправильности происходящего?

— Смерть наступила между часом и тремя ночи, — он двигает синюю нить в сторону. — И по традиции: причина смерти — колотое ранение в шею, а остатки семени снова указывают на половой акт, произошедший незадолго до смерти. — Скорее во время, — Гермиона вздыхает, и Драко сжимает кулак с палочкой. Слишком. Блять. Томно. Она будто нарочно будит Зверя. Каждый. Чертов. Раз.

Будучи старостами, Драко Малфой и Гермиона Грейнджер никак не могут сбежать друг от друга. А может они и не очень то и хотят?

— Но я не разрушаю семьи, и я не верю, что женщин называют шлюхами только потому, что они знают, чего хотят, — выдохнула она. Руки Драко снова спустились вниз по ее бедрам, обхватив колени, когда он развел их в стороны. Он наклонился вперед, и на мгновение она подумала, что он поцелует ее. — А чего хочешь ты, Гермиона?

Вместе они были витыми проводами, обречёнными высекать искры — будь то гнев или страсть — и взрываться. Создаваемые ими осколки всякий раз разрушают её заново. Но в пиротехнике таится соблазн и наслаждение; волнение и немного опасности. Сколько раз можно взрываться и собирать осколки воедино, прежде чем окончательно погибнуть? Гермиона думает, что ради Драко Малфоя она могла бы делать это вечно.

Одеяло ползло вниз, открывая ее подбородок, и шею, и грудь в кружевном лифчике. Он едва мог видеть ее в темноте, и поэтому придвинулся ближе, и, как и обещал, пристально глядя, стал исследовать еще и на ощупь. Он коснулся ее щеки и проследил линию упрямо сомкнутых губ, ключицу, кружевной край лифчика. Он придвинулся еще ближе, и уткнувшись ей в шею, какое-то время не шевелился. Тогда она стала гладить его по голове. Вторя ее медленным осторожным движениям, он целовал ее горло...

— Еще раз встанешь у меня на пути, и я пущу тебя по кругу среди всех своих слизеринских друзей. Вздрогнула. Тшшш… Просто смотри, как он сияет, и не позволяй ему этого.

Спустя 9 лет с битвы за Хогвартс война всё ещё продолжается. Каждый участник битвы сильно изменился за это время. Гермиона, как самый смертоносный солдат Ордена, ежедневно возглавляет спасательные операции по освобождению захваченных магглорождённых, и сражается с врагом на передовой. В течение многих лет она тайно встречалась со шпионом армии Волдеморта для обмена информацией. И теперь, попав в плен в Поместье Малфоев, она столкнулась с жестокостью, которую не встречала даже на поле боя.

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

𓅍 Трагедия в трёх актах. 𓅍 Козодой — одни считают его вестником смерти, другие символом страстных летних ночей. По поверьям, его крик сулит погибель и войну, он вызывает слепоту и оцепенение у тех, кто слышит его нечеловеческий потусторонний вопль. 𓅍 Мрачная готическая история, где есть монстр и сломленная войной девушка. Во что выльется их противостояние? Могут ли монстры меняться или чудовища всегда остаются чудовищами?

Война закончилась, но новые атаки беспокоят волшебный мир. Когда Гермиона попадает под проклятие, которое отправляет ее в больницу Святого Мунго, у нее не остается надежды и ей остается вспоминать о своих днях в Хогвартсе, прежде чем проклятие заберёт её тело и воспоминания. История о начале и конце, о двух людях, слишком напуганных, чтобы быть вместе.

Он не может покинуть комнату. Её комнату. И виновен в этом лишь Орден. Он заперт в замкнутом пространстве с грязнокровкой, и чем-то придется пожертвовать. Возможно, рассудком. А может, и нет.