Напрник из Джона Хэнкока хоть куда: и прикроет, и наркотики предложит, и душевные разговоры поддержит. Только не думал Выживший, что у его простого, как палка плана, будет такое непростое звено, как мэр Добрососедства.

«Если окажется, что всё это - не более чем винтовой приход, я сойду с ума от злости»

Вариация на путешествие Выжившего. Гаррет не хороший, не особо смелый, не особо сильный. Он не уверен даже в том, что новая жизнь ему нужна. А потом все встает с ног на голову, благодаря одному харизматичному ублюдку. О том, кто может вдохновить человека быть человеком.

Когда разумный гуль становится одичалым, единственный выход - застрелить его. Но не так просто застрелить того, кого ты любишь, даже если он дает тебе шанс. Шанс - оставить его.

Хэнкок подхватил простуду и совершенно не ожидал реакции, последовавшей от Выжившего.

Уютные и не очень истории с просторов Пустоши.

— Знаешь, — Выживший поворачивает голову, смотря расширенными зрачками серых глаз по ощущениям прямо в душу Джона, — я хочу тебя поцеловать. — Ты просто пьян, — отвечает гуль, нервно сглатывая. Хорошо, что опыт в несколько лет позволяет скрывать противную дрожь голоса в самые ответственные моменты, когда он должен быть серьёзен. — Дай мне пять минут и я протрезвею, а потом повторю это.

Один его глаз был непримечательным. Другой же был своеобразным: темно-серая склера с черной «потёкшей» радужкой и светло-серой точкой зрачка. Иначе говоря, глаз мертвеца.

(Не)нормальная любовь (не)нормальных людей. Точнее, человека и гуля.

Вряд ли он останется подле Нейта надолго, но а пока, каждый, приближённый к благодетелю Пустоши — генералу минитменов, может погреться в лучах малого светила, его личного стража разрушенного дома.