– Я знаю, что ты спрашивала, хочу ли я забрать что-то важное из дома, раз уж мы переезжаем, и я сказал, что все в порядке, но... – он вздыхает и заглядывает ей в глаза. – В общем, я хочу забрать с собой Элвиса.

Уэнсдей никогда не считала себя неуклюжей, даже напротив. Все ее движения, все действия всегда были выверенными, четкими – и прежде всего, осознанными. Именно поэтому, когда она в один из дней моет посуду (то, что Тайлер готов делать и сам, но она настаивает на том, чтобы периодически помогать ему) и случайно ударяет его любимую кружку о кран, сердце ее уходит в пятки.

Они неуловимо меняют друг друга – и ему очень интересно, что думает об этом Уэнсдей. Разумеется, спроси он ее прямо, она скажет, что это неизбежная часть долгосрочных отношений, но Тайлер уверен, что подобный исход так или иначе будоражит в ее душе какие-то чувства. Со своей стороны он пытается делать все, чтобы любые изменения входили в их жизнь как можно более безболезненно.

Может, Уэнсдей и не сильна в понимании эмоций (над чем она работает), но она всегда чувствует, когда что-то не так. И в какой-то момент их с Тайлером совместной жизни она начинает замечать, что окружающие так или иначе уделяют излишнее внимание ее рукам и шутливым вопросам о статусе их отношений.

Небольшая история о взаимопонимании, поддержке и том, как двое смотрят в одном направлении.

Почему-то даже с учетом ее дерзкого замечания Тайлер оказывается совершенно не готов к тому, что когда он в очередной раз идет в бассейн (о чем она в курсе и из-за чего на его теле присутствуют отметины, явно говорящие о том, что у него есть девушка), Уэнсдей уже там: восхитительная в своей принципиальности и готовности идти до конца. Как и всегда.

В бассейне, среди множества незнакомых людей, под ярким светом ламп и в излишне дружелюбной атмосфере она чувствует себя не в своей тарелке. И присутствие полуголого Тайлера, который, стоило им войти в помещение, тут же скинул верхнюю одежду, оставшись в одних черных шортах и тапках, ничуть не заставляет ее чувствовать себя лучше.

— Признайся, ты просто без ума от моих кудряшек. Ну вот, а теперь расплывается в широкой красивой улыбке, невинно хлопая ресничками. Стоит тут себе в одном полотенце посреди их с Аддамс комнаты, как достояние общественности. [ au — Тайлер — хайд, учится в «Неверморе», расследует дела с Уэнсдей, а Энид — жертва обстоятельств; особенно, когда эти «обстоятельства» заявляются в комнату женского общежития без всякого приглашения]

— И что же ты мне сделаешь, милашка, убьешь? Уэнсдей бесшумной кошкой, легкой и невесомой тенью оказалась у него в ту ночь за спиной, пробежала пальчиками по спине дразняще, шепча на ухо, не удержавшись, слегка прикусив мягкую мочку. [au, hurt/comfort; в которой Уэнсдей — вампирша с высокими моральными принципами, ворующая из больницы пакетики с кровью, а Тайлер — выпускник старшей школы, в прошлом лучший игрок в американский футбол, а в настоящем пациент этой самой больницы]

Мягко улыбнувшись, Аддамс, подошла к Тайлеру, стянув черный кружевной лифчик и, подобно белому флагу примирения, бросила его в лицо опешившему Галпину. — Жестокая, беспощадная девчонка…Мое сердце на грани, знаешь ли… [au, встреча через года; Тайлер — бабник и фотограф в стиле «ню»; Уэнсдей — несостоявшаяся писательница, которой срочно нужен фиктивный парень; кто ж знал, что этот псих за свою помощь предложит ей расплатиться натурой, даже не подозревая о последствиях такой сделки]

Аддамс не призрак все-таки. Жаль. У него три раза за день возникает систематическое желание вызвать бригаду экзорцистов в черных рясах и провести обряд изгнания соседки, которая с момента своего возникновения (точно вырезанный кадр из дешевого хоррора) не дает ему свободно дышать. [au-соседи, лавхейт: Уэнсдей и Тайлер застревают в одном лифте в Рождество]

Уэнсдей Аддамс — не простая девушка. Её мечты сбываются. Вот оно — созданное её руками общество, где роль мужчины сведена на нет, а женщины живут в новом, казалось бы, идеальном мире. Что может помешать ей, получившей огромную власть, купающейся в деньгах и не знающей тревог под защитой Стаи женщин-оборотней, которую возглавляет верная Энид? Тайны прошлого, мучающие в видениях, растворённые в серебряной краске, мерцающей на кончике его кисти…