Неважно кто ты, неважно какой ты... Все достойны быть любимыми!

Сяо всегда был непредсказуем и таинственен, но даже такие как он иногда нуждаются в помощи. Однако парадокс заключается в страхе общества и людей, которым так легко навредить. Но разве это распространяется на тех, кто прибыл из другого мира? Отсутствие принадлежности, наверное, смягчает границы…

Всхлип и стон. Буквально каждому в этом чертовом Тейвате она может помочь, а с ним — ничего. Никаких зацепок на решение проблемы, никаких намёков. Люди, чьи жизни она изменила, уже исчислялись тысячами. И не всегда это были люди настоящего, даже духи прошлого находили успокоение благодаря ей, а он... Но разве в её характере отступать? «Вставай-ка, Сяо, сегодня мы кое-что попробуем».

"Его ладони сжали хрупкую девичью талию, укладывая путешественницу обратно. Люмин довольно заурчала, прикрыв глаза и устроившись поудобнее на юношеской груди. Губы охотника растянулись в улыбке, одна рука скользнула выше, по спине, зарываясь в мягких светлых волосах. Аккуратно ласкал кончиками пальцев кожу, оттягивал запутавшиеся отросшие прядки, целовал макушку и наслаждался её тихим сопением. Если признаться честно, Сяо провёл бы в её объятиях всю свою оставшуюся жизнь..."

Единственное, что он ощущает это вечные боль и страдания. Карма разъедает его изнутри, сознание затмевают воспоминания о прошлом. Битвы, его павшие товарищи, смертные, что умерли из-за его влияния. Есть ли хоть какой-нибудь выход из этого ада? Когда ты погружаешься в пустоту создаётся ощущение, что выхода нет и быть не может. Правда иногда может быть достаточно одного лучика света, чтобы своим светом озарить темнейшую бездну.

Всё, чего она хотела – это убедиться в том, то он сейчас в безопасности. Чтобы заключить его в свои объятия. Чтобы положить голову на его плечо. Чтобы оказать ему поддержку, которую он никогда не мог получить из-за своей отстранённости.

-Стой… Стой!-В отчаянии адепт схватил её руку,-Не уходи! Я… Я буду осторожнее, я справлюсь сам! Ты злишься на меня из-за сегодняшнего? Злись! Ругайся на меня, кричи!… Или, хочешь, можешь совсем со мной не разговаривать!.. Что угодно, только не уходи!

Тонкие пальцы перебрали ее волосы, аккуратно промывая.

–Опять кошмар? - тихо спросила она, с сочувствием смотря на Алатуса, чьё тело сейчас содрагалось от коротких всхлипов.

Сяо - странный новенький, который ни с кем не общается, но надолго это?

Парень стоял у окна школьного туалета. Со стен местами слезала штукатурка, двери кабинок еле держались на петлях. На них можно разглядеть маленькие надписи, сделанные синим перманентным маркером.

Люмин увидела Сяо в непристойным для адепта виде..

Люмин случайно призывает Сяо, и их чувства, скрытые долгое время, выходят на поверхность. Однако вместо близости они выбирают нежность и доверие, превращая ночь в момент принятия и искренней любви

Девушка летит спиной вперёд, слёзы из глаз всё также продолжают течь. От переутомления и сильных переживаний Люмин просто закрывает глаза.

Побудь со мной немного, мне так одиноко.

Сяо сражался с собственной тенью уже многие годы — она приходила тогда, когда он с трудом держался на ногах. Он всегда побеждал, но знал, что рано или поздно проиграет.

Главное — занять руки, главное — постоянно дотрагиваться, прочесывать волосы, бездумно рисовать круги меж лопаток, что угодно, лишь бы руки были заняты, лишь бы руки не были пустыми. Первая ночь после побега из Разлома.

Говорят, любовь умирает первой, вера угасает следом, а надежда изнуряет душу до самого конца. Мучает, заставляя и дальше тешить себя грезами о счастливом исходе. Но и она может истлеть, забирая в костре мечтаний и сладких снов последние надежды о несвершимом.