—Оскар , это что? — На столе лежит открытый ежедневник оранжевого цвета, в развороте которого на Марка смотрит кудрявый парень с проводными наушниками в ушах и пластырем на носу. —Это.. это — ком несказанного образуется в горле — Это Ландо. Мой.. друг? —Друг? — мужская рука тянется что бы перелиснуть на следующую страницу. —Нет! — ежедневник летит на пол от удара, пока переплёт хрустит так же как и разбитое доверие.

о том, как неправильно складываются пальцы, если держать чужую руку слишком долго, о словах, сказанных в полусне, о клятвах, данных на границе дождя и огня, о запахе дыма в волосах, что не от костра, а от сожжённой надежды, о зарытых в землю письмах, неотправленных, но всё равно написанных, о первом поцелуе в грозу и последнем — на закате битвы, о том, как сильно можно не успеть, и как это не отменяет того, что было

чат жилого дома — 14:36 Джордж: Всем привет! Добро пожаловать в общий чат жильцов дома «Формула»! Нас тут всего 18 человек (теперь уже 20), здесь мы обсуждаем вопросы обслуживания дома и прочие соседские дела. Я Джордж, и я на связи с управляющим дома от имени всех жильцов, если проблема касается всего здания, а не конкретной квартиры. Добро пожаловать! Ландо: ты че это каждый раз из заметок копируешь и вставляешь Алекс: ставлю на то, что он выучил наизусть

Им нужно было сыграть вражду ради титула и хайпа. Они были гениальны в этой лжи — ледяные взгляды, ядовитые интервью, целая вселенная фанфиков, порожденная их обманом. Но когда Олли впервые заглядывает на Tumblr и натыкается на фанфик, где Кими припирает его к стене гаража, он понимает: самая опасная ложь — та, которую ты говоришь себе. В погоне за враждой они забыли, где кончается игра и начинается нечто настоящее.

Оливер Берман — двадцатилетний гонщик «Феррари», который безнадёжно влюблён в своего загадочного лучшего друга и соперника по трассе, KA12, скрывающего лицо под шлемом. А потом он встречает Андреа — милого стажёра «Мерседеса», который заставляет его сердце биться чаще. Оливер разрывается между двумя чувствами, не подозревая, что его самая большая любовь и самая горькая потеря — один и тот же человек.

Десять лет дружбы, скрывающей безмолвную любовь. Юки Цунода и Пьер Гасли — будущие инженеры, чья жизнь вращается вокруг их общего прошлого. Когда Пьер едет во Францию, Юки осознаëт, что влюблëн в друга. Его чувства материализуются в редкую, сказочную болезнь — ханахаки, где вместо цветов из лёгких выходят кленовые листья, символ его тихой тоски. Это история о том, как боль неразделённой любви может буквально убивать, и о том, может ли запоздалое прозрение спасти того, кто всегда был рядом.

Кими считал Оливера своим единственным лучшим другом, пока тот называл его особенным. Почему?

— Оззи..Я так виноват перед тобой..мне так не хочется выполнять спор. Зачем я вообще на это согласился..? —кудрявый держащий в одной руке бутылку вина, уселся на траву рядом с Оскаром. — На что ты спорил? —сын Посейдона лежащий на траве всём телом , приподнялся. Уставившись на кудрявого парня рядом с собой. —На тебя. Или AU: гонщики как полубоги.В лагере Перси Джексона.

Джордж Расселл – стилист британского Vogue, известное лицо фэшн-индустрии, он работает с дизайнерами и брендами мирового уровня и появляется на показах во всем мире, но самым сложным в его карьере оказывается момент, когда ему приходится вытаскивать Макса Ферстаппена из поло Ред булла и скинни джинс.

За годы работы моделью Оскар Пиастри научился трем вещам: если к тебе прицепилось клеймо – от него невозможно избавиться, не стоит злить стилистов и визажистов и ни в коем случае нельзя доверять мужчинам. Последнее подчеркнуто дважды. Вот только когда в его жизнь врывается чемпион мира Ландо Норрис, этот пункт начинает казаться не таким уж рабочим.

Нилу казалось, что они наконец-то начали жить. Именно жить, когда предчувствие чего-то необратимого, ужасного вновь настигло его в день перед Жатвой. Хотелось искренне верить, что это все из-за дурного настроения. И все же, сердце замирает, когда называют имя человека, которого он никогда не хотел бы видеть там, на помосте, рядом с печальной Эбби, которая понимала, что это значит для их маленькой семьи. — Элоди Моро, — все еще эхом отдает в ушах это имя.

Шарль Леклер, новоиспечённый психолог Red Bull, знал, что работа с Максом Ферстаппеном будет непростой. Он готовился к сопротивлению, гневу, сарказму. Но он не был готов к тому, что за броней чемпиона скрывается раненый, одинокий человек, жаждущий быть услышанным. И уж точно он не был готов к тому, что профессиональные границы начнут таять с каждым сеансом, открывая путь чему-то запретному и всёпоглощающему.

Габриэль устал слушать жалобы Кастиэля на Винчестеров и решил взять дело в свои руки, превратив Кастиэля в пушистую зверушку, о которой будут заботиться братья.

У Оливера Бермана на запястье есть татуировка с надписью "АА". Идентификатор соулмейта. Это могут быть инициалы, может быть место, может быть проклятая аббревиатура "Абсолютных Алкоголиков" – кто знает? Не Олли. Точно не Олли. Он уже прошёл целый хаотичный квест, таща за собой лучшего друга Кими Антонелли. Проблема в том, что Олли тупой. Прямо-таки монументально. /полное описание в шапке

Для большинства людей проблема — это какая-то неприятность или сложная ситуация, которую хочется поскорее решить и забыть. Но для Эндрю Миньярда слово «Проблема» ассоциируется только с одним человеком — Нилом Джостеном. Именно так, с большой буквы. (или: «Всё ради игры» от лица Эндрю)

— …И ты видел, на чем он сегодня приехал? Ты слышал этот двигатель? Боже, он такой классный. — Антонелли или его мерс? — Олли закатывает глаза, покрепче хватаясь за лямку тяжелого рюкзака, и облокачивается на стену. — Хватит о нем ныть, серьезно, у меня скоро голова разболится. Все говорят только о нем.

А что, если Аарон и Нил поменяются телами? Смогут ли они преодолеть свою ненависть и стать друзьями?

Что вы делаете, когда ваш сосед по квартире продолжает пытаться заснуть с вами в одной кровати?

— Дорогой? — кричит Эндрю, все еще вне поля зрения. За исключением некоторых очень редких, очень мягких моментов, Эндрю использует ласкательные имена только как сарказм. — Да, любимый, — отвечает Нил тем же, слегка насмешливым тоном. — Как думаешь, насколько сильно ты можешь напугать целую кучу консервативных гомофобов? Зачем профессиональный актер в качестве жениха, если им не запугаешь дальних (и близких) родственников?

Джордж заблокировал Макса везде — WhatsApp, Instagram, Telegram, да даже грёбаный Gmail. Странно, откуда тогда в его рабочем Zoom-чате появляются новые сообщения…?