Истории из жизни обаятельного распиздяя и брутального трудоголика. Реальность здесь переплелась с вымыслом на грани фола.

Классические типажи. Огромная разница в возрасте. Каноническое распределение ролей в сексе. И полное несоответствие внутреннего содержания антуражу: взрослый, независимый и уверенный - под маской лелеет свои одиночество, боязнь отношений и чтит условности, загоняющие в угол, а юный, мечущийся, запрессованый влиятельной семьей - открыт, силен, свободен, без страха и сомнений прокладывает путь обоим.

Снишься ты мне, Михалыч...

Андрей вскинул кулак с оттопыренным средним пальцем и, не оборачиваясь, пошел к машине. Ну на хрен этих строителей! Он лучше в офисе посидит, а еще лучше — напьется в компании Сереги и Влада. Эти двое, по крайней мере, не будут называть его кисой.

Он не планировал менять свою жизнь. Он вставал в три утра и ждал развозку.

Мир криминала всегда рядом с вами (с)

Эрик был фаворитом короля, но все проходит, прошло и это увлечение венценосной особы. В "награду" король отправил юношу в дальний гарнизон, под начало графа Керуа, которого Эрик однажды весьма неласково "отшил". Как сложится жизнь юноши там, в краю вечного холода? Кто сумеет согреть его сердце, душу и тело?

«Корявый тащит меня в комнату, по пути задирая толстовку и избавляясь от штанов, и я думаю: раз он еще трахается, как хренов кролик с батарейкой в причинном месте, то не все так плохо. Он имеет меня, прижимаясь губами к уютному местечку под ухом, целуя и прикусывая, прижимаясь так крепко, чтобы слипалась мокрая от пота кожа, а внутри все дрожало, горело и вздрагивало – за секунду до оргазма, за две секунды, за…»

Можно всю жизнь протянуть, лелея бестолковую несбыточную мечту. А можно...

Всего лишь ненапряжный служебный романчик. Случайно перетекший в серьезное русло.

— Надо тебе, Севка, к нам в столовку устроиться, — прочавкал дед, и отложив ложку, прищурился. — Там, правда, бабы одни, ну а тебе там самое и место. Севка, эй! У тебя хуй-то есть или отвалился уже за ненадобностью? Север молча встал и вышел из-за стола. — Обиделся, гляди! А на кой тебе хуй-то, Севка? Хуй-то на кой?

Двое, красивых и состоятельных, но один вдруг оказался на грани развода, а второй – с диким сожалением, что не может выкорчевать всю боль и сомнения из души лучшего друга.

Альфа Виктор Роу - угрюмый негодяй с обезображенным лицом. Он одинок, озлоблен, нелюдим, ведет преступный образ жизни. Омега Кэйси Иден - слепой флорист, потерявший зрение в раннем детстве в результате несчастного случая. Ему может помочь операция, но проблема в деньгах. Однажды эти двое встречаются. Что может выйти из такой несовместимой пары?

Главе аналитического отдела департамента госбезопасности, сухарю и асексуалу Норду Стоуну и гениальному хакеру, бесчувственному засранцу Кристиану Равельски предстоит вопреки всему и на удивление всем прекрасно сработаться, спасти город от наркотиков, доказать, что именно на тех, у кого сухие задницы и обычные члены, держится мир, а походу сделать открытие века, обнаружив потрясающую эрогенную зону у бет - МОЗГ!

Потёртая косуха, длинные волосы, в которых гуляет ветер и хмурый взгляд. Зелёный беспредел на голове, кольцо в носу и неблагополучное детство. Что у них общего? Наверное, весна.

Свет горит. Теплый. Занавесочка всё та же серая. Вместе года три назад в Икее покупали. Сердце кольнуло. Хоть в петлю лезь! У подъезда пришлось постоять — дождаться, когда кто-нибудь выйдет и тогда уже, воровато и стыдно проскользнуть в дверь парадной. Домофон не открыл бы. А с порога то уж пустит — не выгонит.

Вот еще была история - забирали Витю в армию...

— Твоя главная проблема в твоем характере. Ты слишком мягкий. Слишком добрый. Бегаешь со своей нежностью, как с писаной торбой. А девушкам не это надо. — А что же тогда? — Мужик им нужен нормальный. А ты… — А я? — А ты, Дима, неисправимый романтик, каких сейчас почти не осталось. Это здорово, но… Не результативно. И не актуально. Другие времена. Другие нравы.

История одного мальчика. "- Прыгай. - И я, не колеблясь, спрыгнул ему в руки. Потому что это была не просьба, а натуральная команда. Он, кажется, даже не шелохнулся, когда я влетел в него всем весом".

Он любит. Ему всё равно, люблю ли я. Ему всё равно, хочу ли я. Ему всё равно, нужно ли мне. Он рядом. Он вокруг. Он запер меня, изменил, стёр. Он мой господин, он мой раб. Я - центр его мира.