Илья Розанов попадает в крошечную аварию (с его слов). Шейн Холландер устраивает полномасштабную паническую перезагрузку системы по этому поводу. Параллельно где-то в коридоре Хейден молится о том, чтобы его кто-нибудь швырнул в озеро, или чтобы всё оказалось одним большим пранком, или чтобы на него упал метеорит. Он, правда, не привередливый. Джей-Джей тем временем пытается вывести кислотой из мозга картинку того, как их милый капитан страстно целуется с Ильёй-всем-пизда-Розановым.

Пять раз, когда Илья (не совсем) лгал своим товарищам по команде о Шейне, и один раз, когда ему не пришлось этого делать. Или то, как «Бостонские медведи» видели «тайные» отношения Ильи и Шейна на протяжении многих лет.

После инцидента Шейна в больнице навещают его родители, Илья, Хейден и Клифф. Шейн под действием сильных обезболивающих не может скрыть своих чувств.

Шейну и Илье трудно вести себя профессионально, и у Буда окончательно заканчивается терпение. Так появляется «Банка Публичного Проявления Чувств». Теперь каждый раз, когда команда ловит Шейна и Илью на публичных нежностях, они платят штраф.

— Нам нужен басист. Выбора у нас немного, так что если Шейн сможет поспевать за нами — место его. Я пользуюсь правом главной здесь, сорри. Илья сразу понял, что она говорит серьёзно, и тяжело вздохнул. — Говорю тебе, Шейн Холландер никогда не сможет идти в ногу со мной. *** Илья и Светлана играют в местной инди-панк-группе, и у них внезапно не хватает басиста. Шейн Холландер, кажется, свободен… вот только Илья терпеть его не может. Можете догадаться, что произойдет дальше.

— Хочешь знать, каково это? Шейн опускает руку на спинку дивана, после чего приподнимается на локтях и вопросительно смотрит на Розанова. — Что? Держать Кубок в руках? Ты так уже шутил. — Нет, — пальцы Розанова обхватывают запястье Шейна, а затем он заводит его руку себе между ног.

«— В любом случае я научился звучать как профессиональный порно-актер. Я надеюсь. Тебе понравилось? — Хадсон обернулся на Коннора».