— Нет, ну камон, это же полный бред! — Шэнь Цинцю обернулся. Обернулись и все остальные. Старый Глава Дворца нахмурился, вздохнул, подмял леди Цю под себя: не беспокоиться, все под контролем — и прогремел усиленным ци голосом на весь зал: — И что же лорд Шан хочет этим сказать?

Шан Цинхуа не был ни героем, ни хорошим или даже относительно порядочным человеком, и мир спасать он полез не ради этого самого мира или живших в нём людей, а из насквозь эгоистичных соображений. Тем временем Самолёт, Пронзающий Небеса, думал, что видит фантасмагорический сон (а нечего было на ночь глядя читать всякие глупости) и ни в чём себе не отказывал.

AU: Цинхуа является неизвестным богом, а Мо Сюаньюй его новый подопечный.

Шан Цинхуа не выдерживает своего чувства неполноценности и одиночества.  И тут система предлагает квест.

Шан Цинхуа узнаёт подробности личной жизни братана Огурца и Ло Бинхэ. Он не слишком хорошо это воспринимает.

Мир любит своего Бога. Даже теперь, когда он столь беззащитен и лишён своих сил.

Однажды, в мире пропал один человек. И ничего не изменилось. Хотя...

Уничтожить мир не так уж сложно, если знать, что и где ты спрятал.

Ло Бинхэ пытается проверить верность своего шпиона в царстве снов. Он получает больше, чем ожидал.

"Бро, только не психуй, пожалуйста", - написал ему Самолёт без единой ошибки, и Шэнь Цинцю, нет... Шэнь Юань определенно начинает психовать.

Шэнь Юань заболел. Что он делает, когда заболевает? Он звонит Шан Цинхуа.

Из-за того, что Шэнь Цинцю и Лю Цинге приняли более мудрое медицинское решение в пещерах Линьси, они оба находятся на постельном режиме под присмотром Му Цинфана, когда Ша Хуалин начинает вторжение на пик Цюн Дин. Значит, в этот момент на пике Цюн Дин находится только один самый высокопоставленный человек — Шан Цинхуа. Который, к недоумению Бинхэ, прячется за растением в горшке. Но он же взрослый, у него должен быть план, верно?

Для Пути Гордого Бессмертного Демона автор, то есть Самолет, Стреляющий в Небо, описал Вэй Цинвэя так: суровый мужчина, преданный своему делу, с запавшими глазами и лицом, не знавшим улыбку.

Когда Шан Цинхуа должен был найти для себя свой меч, как культиватор, ни один меч не захотел его; очевидно, он был ужасно жалок, чтобы какой-то меч захотел, чтобы он стал его владельцем; что же, он не может их винить. (Или: мечи не были готовы к тому, что сегодня к ним заглянет их Создатель! Они ни готовы, они даже не заточены и не почищены!)

Иерархия пиков в Цан Цюне существует не просто так; если что-то случится с лидером секты, то следующим главным назначается лорд пика Цин Цзин; если что-то случится с ним, то управление идёт ниже по цепочке. Когда половина, шесть пиковых лордов, исчезают вместе с грёбаным зданием в результате взрыва, то следующим главой секты по счёту становится лорд пика Ань Дин. Шан Цинхуа совершенно не готов к этому. (Или: 6 лордов пиков попадают в коллапс времени, и возвращается только через 7 лет.)

Однажды, когда Шэнь Юань был ещё слишком маленьким, чтобы самостоятельно запрыгнуть на высокий стул, а его глаза еще не были испорчены ночным чтением книг — он впервые встретил друга своей мамы.

Шэнь Цинцю играет роль строгого шизуня, чтобы уравновесить всю ту заботу, которую проявляют его боевые братья и сестры. При всей своей компетентности в других областях Шан Цинхуа остается мягкотелым и чаще всего позволяет своему сыну делать всё, что ему заблагорассудится. Кто-то должен был следить за порядком.

Синь Мо нравится ровно три вещи в жизни: энергия инь, сводить с ума своего владельца, когда он не получает эту энергию инь, и Бог, который его создал. Нет нужды говорить о том, что Совет Демонов в полном замешательстве от того, что древний опасный клинок их повелителя превращается в эквивалент мурлыкающего котенка рядом с, только вдумайтесь, Шан Цинхуа.

— Полагаю, мне никогда не удастся узнать, откуда ты это знаешь. — Нет, — честно отвечает Шан Цинхуа.

Шан Цинхуа начинает угощать своего сына закусками. Шэнь Цзю в замешательстве.