Соник частенько приглашает Шэдоу отдохнуть вместе в свою хижину, с тех пор, как они стали напарниками — и партнëрами в постели — и этот вечер не становится исключением. Шэдоу снова является к нему на порог, уже зная, что Соник сам поддастся его методу соблазна — что всегда гарантирует желаемое.

Шедоу ненавидел проявлять эмпатию. Потому что прямо сейчас он думал не о последствиях, не о всех тех осколках, что они потеряли. Он не думал о том, что навсегда оказался заперт в Пустоте, вынужденный страдать и делать то, что он ненавидел больше всего, – быть простым зрителем со связанными руками. Он не думал о том, как их шаткий мир прямо сейчас трещал по швам и разваливался на куски. Вместо этого он думал о том, как он несколько сотен (тысяч?) раз чуть не потерял Соника.

Давайте представим, что было бы, если бы Найн всё таки восстановил призму парадокса и всё встало на свои места.

G.U.N. создаёт в помощь своему лучшему агенту напарницу - синюю ежиху, обладающую сверхскоростью. Или... это лишь обман?

Ланселот начинает сомневаться в себе из-за нюансов анатомии, которые уже давно не дают ему понять, кем он должен считать себя на самом деле. И здесь внезапно вмешивается Соник, который одаряет его своими чувствами и вниманием, беря на себя ответственность решить эту проблему раз и навсегда — постепенно убеждая Ланселота в том, что он особенный.

Шэдоу терпеть не может, когда этот дерзкий ублюдок заставляет его чувствовать себя на грани — особенно таким подлым способом. Соника же, наоборот, забавляет наблюдать, когда его партнёр теряется в ревности. Ведь он знает лучше кого-либо другого: когда Шэдоу срывается окончательно, даже просить пощады будет уже бесполезно.