Хенджин всхлипывает, отчаянно кивая. Чан уходит на войну на следующий день после свадьбы.

Не так Минхо представлял свои 25 лет. Не родителем-одиночкой маленького альфы, который растет без отца.

Минхо был не хрупкой куколкой, чтобы его жалели. Он любил грубый секс и любил за это своего Хана, который разделял интересы старшего.

Когда Хёнджин обнаружил, что у него есть соулмейт, ему захотелось выйти в окно. Его ровесники знакомились со своими родственными душами через милые записки и рисунки на коже. Хван Хёнджин же обнаружил на себе множество засосов и укусов, больше похожих на кровоподтёки. Они чесались, они болели, и это означало одно – его соулмейту плевать, он развлекается с другими, совершенно не обращая внимания на то, что может кого-то обидеть своими действиями.

«Хан Джисон, не соизволите ли меня выебать? Да. Так и скажу.» Минхо забирает свои слова назад. Буквально. В ту же секунду, когда на пороге снятого ими домика в Италии мелькает уже знакомая белая рубашка с короткими рукавами. Хёнджин говорил, что с ними будет жить сосед. И теперь узнаётся, что этот сосед — Хан Джисон, с которым они столкнулись несколькими часами ранее? Ахуенно. Классно. «Как мне это пережить?»

- Нормально ли, если у парня есть киска? - выпалил Хёнджин, опасливо косясь на своего гостя. Крис в непонимании свёл брови и стал озираться, будто из-за угла вот-вот появится пушистый кот, типа тех, которые водятся дома у Минхо. // Крис пытается уговорить Хёнджина присоединиться к их музыкальной группе и в процессе узнаёт о парне больше, чем мог представить.

Хёнджина от навязчивых мыслей о том, что это конец, спасают только крепкие объятия Чана и тихое: "Мы попробуем ещё раз"

Они спят в разных комнатах уже три недели. Не потому что поссорились — просто Хёнджин перестал засыпать под чужое дыхание, а Бан Чан перестал спрашивать почему. В доме, где вечно кто-то есть, где Минхо варит кофе в пять утра, а Феликс забывает кружки на подоконниках, тишина между двоими становится самой громкой.

Феликс проиграл в первый раз. – Какие девушки тебе нравятся, Ликси? – спросил довольным видом и с улыбкой на лице Минхо. – С членом, – вышло резко. Феликс сказал правду по крайней мере. Феликс проиграл во второй раз. – Встанешь на колени перед тем, кто войдет сюда, Ликси. – Блять… – только лишь был в состоянии шепотом сказать под нос Феликс, когда увидел кто зашел. Пиздец… Хван Хенджин и Кристофер Бан Чан… самая красивая пара, которую он когда либо видел в жизни.

У Хенджина свои взгляды на «красивых» людей, из-за этого ему сложно работать в модельном агентстве. Но его спасает Чан — модель, подходящая под его стандарты «красоты».

Лес звенит от напряжения. Хёнджин уже сделал шаг за границу - там, где стая больше не чувствуется кожей, где каждый вдох становится одиночным. — Да стой ты, блять. Чан догоняет его резко, хватает за руку, разворачивает так, что плечо хрустит. Волчьи черты ещё не ушли: клыки обнажены, глаза горят злым янтарём. — Ты совсем ебанулся? — рычит он. — Думаешь, уйдёшь - и всё? — Думаю, да, — спокойно отвечает Хёнджин. — Я тебе ничем больше не обязан. Это цепляет. Видно сразу.

После такого выматывающего дня Хёнджин просто хотел, чтобы его оставили в покое.

Это приятно и очень хорошо, кроме того совсем не больно - губы супруга мягкие и, кажется, до подрагивания трепетные, обхватывают розовую бусинку слишком осторожно...