Когда три месяца космоса — это вечность, а возвращение домой взрывается страстью у стены прихожей... Сборник драбблов, посвящённых разным граням отношений Калеба и Риссы — от отчаянной страсти до нежной близости, от грязных разговоров до молчаливых признаний.

Ты давно привыкла видеть Калеба в форменной куртке аэрокосмической академии. Но желания, что вспыхнули в тебе, когда брат оставил вещь без присмотра, оказались для тебя в новинку.

Один телефонный звонок. Один вечер. Один кабинет. Один стол. Две фантазии.

— Ещё немного, — говорю тихо, глядя прямо в отражение зеленых глаз в зеркале, — и ты будешь на коленях. Уголки её губ тянутся в улыбке. — Обещаешь?

– Сайлас… – он аккуратно вытер пальцами слёзы с её щёк, внимательно смотря на неё. Нова обхватила его ладони, нежно потираясь о них щекой. Её тело била нервная дрожь. Она смотрела на главу Оникайнеса, но видела больше не его, а могучего Дьявола, который повергал в ужас любого. Кроме неё. Для неё он был возлюбленным Драконом, тем, с кем она разделила свою душу, кого… когда-то пронзила мечом собственными руками. – Это имя… Когда-то я называла так… своего Дракона…

Я знаю, ты вернёшься уставшим, с затёкшими после длинного полёта мышцами, ноющей спиной и шеей. Но дома… дома тебя будет ждать маленький праздник. ...Я предвкушаю, смешивая это ароматное масло. Столько, чтобы хватило покрыть им каждую клеточку твоего сильного рельефного тела, достанется каждой мышце, каждому сантиметру кожи... Сегодня твоя ночь.

Да, полковник, я знаю, что ты оставил камеру в моей квартире. Да, полковник, я знаю, что сейчас ты не сможешь выдать себя и трепетом ресниц. И именно поэтому я делаю это прямо сейчас.

Продолжение Дня рождения Калеба для тех, кто уверен, что у них были не только поцелуи

почти 7к слов о том, как парни теряют голову (и самообладание), когда дело касается тебя.

— Почему ты так смущаешься? — злорадно подметил Калеб. — Зейн разве так не делал? — Я… я никогда не делала это с ним. — А как же твои громкие слова о том, что он будет твоим мужчиной? — Это была шутка. — Больше так не шути. Иначе… — он не закончил предложение. Его руки опустились на ее колени, двинулись вверх и вглубь, лаская внутреннюю поверхность бедра. Калеб поднял голову, изучая ее пылающее лицо. Они обнимали друг друга глазами. А потом его ладонь легла между ног Теи...

Для лемурийцев нет большего проклятия, чем любовь. И Рафаэль начинает понимать, насколько она опасна, особенно когда полнолуние доводит его до полубредового состояния и пробуждает в нем жажду сделать тебя своей – во всех смыслах этого слова.

Мне пришлось бросить всё и улететь внезапно, не предупредив Риссу. Три мучительных месяца я не мог выйти на связь. Двенадцать недель она сходила с ума, отчаянно ища хоть какую то зацепку о том, что со мной всё в порядке. А когда я вернулся, то понёс справедливое наказание. Однако... Возмездие не ждёт, малыш.

Её бёдра были его спасением, и его разум переполнялся мыслями и чувствами, которые были связаны только с ней. Её кожа, её аромат, её тело, так тесно прижатое к нему. Он был так влюблен.

Сколько ты себя помнишь, именно вид спины Калеба давал тебе чувство защищенности. И теперь, когда другие мужчины появляются в твоей жизни, ни один из них не может с ним сравниться.

Ты думала, что испытываешь его терпение. Ты думала, что ты контролируешь ситуацию. Но Калеб всегда наблюдал, всегда ждал. Пока ты не дала ему идеальную причину сломаться.

Калеб все-таки надевает на тебя ошейник с колокольчиком.

калеб вернулся — он ревнует.

Четыре дня с главой Оникайнуса, превращенным в существо с каракальими ушами и хвостом, — вот моя "награда" за вечер в Мяу Кафе. Теперь я вынуждена наблюдать, как мужчина, от которого обычно исходит железный контроль и власть, превращается в существо с кошачьими повадками, ревностью и странными инстинктами. Кто нибудь, подскажите, как не сойти с ума, когда твой... э-э-э... друг, внезапно превращается в кота, жаждущего почесушек, сливок и заявить права на меня. Пристегните ремни — будет жарко.

Кейли всегда считала себя неправильной омегой: слишком дикой, слишком непокорной. Когда совет старейшин приказывает ей участвовать в древнем ритуале охоты, где альфы выслеживают омег в лесу, она решает доказать себе, что может быть желанной. Но самый опасный хищник племени — Сайлус, Белый Демон, — охотится не на идеальную дочь вождя. Он охотится на нее. И он не остановится, пока не заявит на выбранную добычу свои права. Навсегда.

Три новогодние вечеринки. Сладко. Флаффно. Кинково. Сборник миников для анвент-календаря 2025 На окраине Филоса