Когда Тео соглашается поехать с Борисом в Амстердам на спасение картины, то он не ожидает, что его втянут еще и в это.

POV Бориса. Антверпен и пенициллин, Лас-Вегас и бассейн. Boxing Day in Antwerp involving neither party nor escort service, but canned soup, a penicillin injection, and some old movies on Boris’s couch. "Если ничего не сделать сейчас - он отступит. Мы выпьем пива, посмотрим эти сраные фильмы. Он вернется в Нью-Йорк, женится на блондиночке, или трахнет рыжулю, будет ходить весь такой непроницаемый и серьезный, в своих сшитых на заказ костюмчиках, и его больше не поймаешь, улетела птичка".

“Нюкта, Нотт, Noch — все они наши, Поттер!” — было послезакатным гимном Бориса и Тео. В сумраке произошло то, о чём наутро они молчали.

Тео тихо засмеялся, по-прежнему смотря куда угодно, но не на Бориса, а когда успокоился, то начал говорить, пытаясь вложить в свой голос весь яд и сарказм в мире: — Даже не знаю, что и делать. В первый раз мелкий пацан шантажирует меня, чтобы выебать. Каждую минуту об этом думаю.

Борис любил торчать до потери сознания, а Тео — любил Бориса.

двое подростков Теодор и Борис, такие одинаковые, но такие разные. Черноволосый и светловолосый, кудрявый и с прямыми волосами, без очков и с очками.. одному 15, второму 14.. дети, судьба которых сложилась не лучший образом. У обоих не стало матерей, у обоих не самая лучшая семья.

–Умница. Попробуй повторить. Он продолжает говорить хрипловатым голосом, отпускает мою руку, кладёт обе руки мне на плечи и утыкается в мой висок своей щекой, наблюдая, как я вывожу буквы в ряд одну за другой по пять раз. –Ты просто прелесть! Давай дальше.

Мелкие потрахушки борео, ничего особенного

Борис всегда знает Тео лучше, чем знает себя. Тео кажется, что Борис не понимает главного.