Проснуться в одной постели с Поттером после министерской пьянки — это катастрофа. Обнаружить, что вы оба добровольно стерли себе память «Обливиэйтом» — хуже приговора. Теперь Драко и Гарри предстоит выяснить, кто из них первым сошел с ума и почему тело помнит то, что разум отчаянно пытается забыть.

— А ты знал… — он замолк, его горло судорожно сжалось, и это было слишком заметно в тишине, нарушаемой только звуком ровного дыхания, доносившимся из соседней спальни. Скорпиус, его прекрасный, умный малыш, в ожидании глядел на него. У него был его разум. Его глаза, нос, рот и волосы. От Майкла ему достались только дикие кудри и зелёные радужки, и иногда Драко смотрел в них и воображал, будто он унаследовал их не от Майкла, а от кое-кого другого. — Ты — моя звёздочка в огромном чёрном небе.

Все дороги ведут к бывшему врагу - особенно, если твой маленький сын внезапно для тебя вырастает его самым преданным поклонником.

Война окончена, ученики снова возвращаются в Хогвартс. Дружба, любовь, ненависть, ревность, выяснение отношений - стандартный школьный набор. И катастрофа в Самайн.

Что было бы, если бы Волондеморту был нужен не только Гарри, но и Драко? А если бы войны не было? Если бы Том Риддл вообще не рoждался?... Если бы...Но какова будет цена за такой рай?

Волна какой-то нереальной тоски и жгучего отчаяния накрыла Гарри с головой, на корню убивая ту малую искру возбуждения, что успела зародиться в теле. Ведь чертов Малфой натурал и скоро женится на этой своей Астории, чтоб их обоих черти драли! А всё, что остается Гарри, это снимать для себя мальчиков по вызову и представлять на их месте Драко. Убеждать себя, что это именно губы Драко, а не чьи-то чужие сейчас активно терзают его рот…

— Пап, просто успокойся и послушай меня, хорошо? — Какой я тебе папа?! — взревел Драко, выходя из себя и продолжая дергать за треклятую рукоять меча. «Я гей, у меня не может быть детей!» — чуть не выкрикнул он, но прикусил язык, благоразумно решив, что какому-то сумасшедшему, нагло вломившемуся к нему в мэнор, ни к чему знать такие подробности его личной жизни. — Тебе же лет двадцать на вид, а мне всего двадцать восемь! — выпалил Малфой. — Ты считать умеешь? Я не могу быть твоим отцом!

— Гарри, я… — я снова замолкаю, жмурюсь и быстро облизываю соленые от слез губы. — Нет, Драко… — доносится до меня полный отчаяния голос. — Не надо… Я открываю глаза, набираю в легкие побольше воздуха, а затем на выдохе произношу: — Я люблю тебя и буду любить всегда, но сегодня я женюсь на Астории.

«Эй, Поттер, помнишь меня? Я тот, кто издевался над тобой все эти годы. Давай будем дружить? Или лучше давай встречаться? А вообще, выходи за меня, а? Потому что я просто подыхаю без тебя». Герой магического мира и бывший Пожиратель смерти — абсолютно нереально, без вариантов.

Малфой залпом осушил стакан… Он ведь знал, что счастье не может быть вечным, знал, что Герой Магического Мира однажды просто оставит его, вернется к своей рыжей Уизли и захочет от неё десять рыжих детей. Боже мой, глупый гриффиндорец без памяти влюбился в холодного слизеринского Принца. И по своей наивности решил, что сможет его отогреть. Гарри горько рассмеялся в голос и сделал ещё несколько больших глотков горького пойла. У каждого из них своя правда… Чья ближе тебе?

Гарри Поттер узнаёт, что Выручай‑комната не сгорела. Более того, там появился какой‑то подозрительный шкаф. Гарри уверен, что в этом снова замешан Драко Малфой. По мотивам песни Seven Minutes in Heaven—Mindless Self Indulgence.

Драко посмотрел на монитор и вздохнул. Это была плохая идея. Он слишком богат и слишком нескромен. Его выкинут из любого чата буквально через секунду после появления. В этом он не сомневался. Так же, как в школе. Ему семнадцать, а даже знакомых и приятелей он мог пересчитать на пальцах одной руки. На самом деле ему хватило бы трёх пальцев. Это угнетало, но Драко упрямо отбрасывал эти мысли. Он не настолько в отчаянии. Правда. Честно. Ни разу.

На восьмом курсе у Гарри Поттера и Драко Малфоя были токсичные отношения. Десять лет спустя, на пороге дома Гарри появляется маленькая девочка, умоляя его о помощи. Могут ли эти двое быть связаны? И, возможно, Гарри неправильно понял, что Драко пытался ему сказать, когда они виделись последний раз?

Ребят, это обычное бездуховное и бессюжетное порно.

Написано по заявке: «Большой скандал в магическом мире! Во время обеда в Хогварсте появляется проекция записи с голыми Поттером и Малфоем в постели». Никакого Волан-де-Морта — он уже сдох. 8й курс обучения.

Жизнь Гарри была спокойной. Он жил в своей уютной однушке, смотрел сериальчики, переписывался с Роном и всячески избегал своих соседок. Всё это делать у него получалось ровно до тех пор, пока в квартиру над ним не заехал новый сосед, поразивший соседок-старушек своей обворожительностью и красотой. И всё бы ничего, но соседки решили, что сосед — идеальная пара для Гарри. И его мнения об этом они и знать не хотели. «Без меня меня женили»

Обычный ритуал в канун Дня святого Валентина должен был стать лишь невинной забавой для скучающих слизеринцев. Но одна неверная фраза Блейза Забини на латыни — и обычное видение в поисках суженного заменяется на сияющую связывающую нить. Теперь Гарри Поттер и Драко Малфой связаны не только многолетней враждой, но и магией, которая не терпит расстояний.

Пусть Гарри Поттеру уже 30 лет, но он продолжает попадать в неприятности. Именно на его голову должно было упасть зелье, которое превратило Гарри в одиннадцатилетнего ребенка. Драко Малфой вынужден помочь ему. В итоге все оказывается совсем не так просто.

Драко Малфой после войны и оправдания Визенгамотом возвращается на восьмой курс обучения в Хогвартс. Все бы ничего, но каково его изумление, когда он видит, что национальный герой Гарри Джеймс Поттер прибывает на вокзал Кингс-Кросс... с маленьким ребенком.

После окончания войны Драко Малфой оказывается на скамье подсудимых. Однако, у него появляется шанс на условно-досрочное освобождение при выполнении нескольких условий Визенгамота...