Домовладельцу больше не страшно, и больше не душно. Курить на крыльце гораздо приятнее, чем в открытую форточку. Ружьё — Есенину, землю — пожарному, воронок КЧС — сёстрам. И да катись оно всё в пизду, ёбаный свет.

Вадим долго не может заснуть и решает вместо сна покурить на крыльце. Всё должно пройти без происшествий. Он думает так до тех пор, пока рядом не появляется Бледный гость. Впрочем, что-то изнутри подсказывает, что смерть сегодня не желанная гостья в его доме.

– Найди уже себе другую игрушку... Мужчина чувствовал, что задыхается. Он чувствовал на себе взгляд, от которого хотелось спрятаться. Так любопытный студент смотрит на лабораторную крысу. Он проводит опыт: тычет в нее иголкой, накачивает эфиром, по кусочку отрезает нежный розовый хвостик, выжимая каплю крови на анализ, а после с интересом наблюдая за результатом своих действий. Будь у Бледного тетрадь, он бы точно там пометки делал... – Не хочу. Ты мне понравился. Ты моя любимая игрушка.

- Тебе, должно быть, одиноко? - его пустой бессмысленный смех сотрясает мои ребра и оседает где-то глубоко в животе. - Не волнуйся, я составлю тебе компанию.

Когда стены перестали шептать, он понял, что остался один. А тот, кто приходит к одиноким, уже стоял за дверью.

Бежать, бежать, бежать и не останавливаться. Но что будет, если свернуть с тропы, забежать не туда и испортить план Чего-то, что находится за гранью понимания обычных людей. Что будет, если остаться человеком, вопреки Её плану?

Рука потянулась в попытке открыть окно, чтобы выбраться из дома и убежать. Но куда бежать, когда вокруг пустое поле и сожжённые многоэтажки. Домовладелец застыл на пару секунд, ощущая как дверь сзади трещит, расходясь по швам. Нужно торопится.

Человек исчез, будто никогда его и не было. Всё, что было его – растерялось, истрепалось или забылось. Почему человек исчезает навсегда?

Он стал приходить каждую ночь...

Домовладелец получил пулевое ранение, а бледный маньяк решил помочь, но плата за помощь будет уж точно необычной.

Наша жизнь состоит из хаоса и боли. И, кажется, со временем каждый живой человек мог бы просто смириться с тем, как обстояли дела. А мои мысли метались, грань смерти и жизни оказалась слишком размытой. Не в смирении или ненависти можно найти ответ. Да и зачем его искать? Ведь придется ответить ему честно. «Да. Я один».