Гермиона, мечущаяся между маггловским и магическим мирами, как научный работник и целитель, находится на грани большого открытия. Драко же – аврор, приставленный к ней для защиты от неизвестных сил – к их обоюдному неудовольствию. Вы увидите сверхкомпетентную, вспыльчивую Гермиону на пару с ленивым, но все же опасным Драко. Слоу-берн.

Гермиона разрывается между магическим и маггловским мирами, как медицинский исследователь и целитель, находящийся на пороге большого открытия. Драко — аврор, которому поручено защищать её от всевозможных неизвестных сил — к их обоюдному неудовольствию. Здесь вы столкнётесь с гиперкомпетентной, вспыльчивой Гермионой и вальяжным (читать: ленивым), но всё ещё опасным аврором Драко. Это слоубёрн 🔥

Да. Ей предстояло увидеть его. От этой мысли в ушах вновь раздался назойливый звон. Она увидит его впервые с окончания вой­ны, впервые с того самого момента, когда он, измождённый и раненый, сидел за слизеринским столом в Большом зале, сжимая руку матери. Гермиона не искала его тогда. Ни в школьных коридорах, ни среди тех, кого накрыли белым саваном, ни по дороге в Тайную комнату, когда отправилась туда с Роном. И лишь теперь она осознала, как же была глупа.

В ночь, когда Гарри и Дамблдор возвращаются из пещеры, Пожиратели Смерти задерживаются перед Астрономической башней ещё на одну минуту. В это время Драко Малфой опускает палочку. / AU в котором Драко принимает предложение Дамблдора инсценировать свою смерть и скрыться в Ордене Феникса.

Той ночью, когда Гарри и Дамблдор вернулись из пещеры, Пожиратели смерти поднялись на Астрономическую башню на одну минуту позже. Драко Малфой опустил палочку. (АУ Даров Смерти, но в духе Роулинг.)

— Гарри, — начала Гермиона, стараясь контролировать дрожащий голос, но в это же время ощущая, как паника стала сковывать горло, — почему Драко Малфой так громко кричал что-то о своей... — это слово едва не задушило её, когда она наконец смогла его произнести: — жене? Приквел, который лучше читать после «Ждать и Надеяться»: https://ficbook.net/readfic/10089466

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

Чтобы по-настоящему узнать человека, нужно понимать, кем он был раньше, кем он стал сейчас и кем он может стать в будущем. Гермиона осознаёт двойственность одного человека, когда пересматривает своё представление о прошлом и начинает понимать, кем Драко Малфой является теперь: отцом, сыном и мужчиной.

Что может быть приятнее, чем оценивать и проверять уровень комфорта нового круизного лайнера? Гермиона Грейнджер была на седьмом небе от счастья, когда увидела очередной объект работы. Только она пока не знает, что на борту есть еще один инспектор, который внезапно оказывается владельцем корабля, желающим тайно проверить сервис, отдохнув в круизе как обычный пассажир... И впереди неделя в открытом море. Эта работа о признании. И о том, что происходит с человеком, который его получает.

Она пахнет гибискусом. Её поцеловала смерть.

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

Что бы вы сделали, если бы случайно нашли дневник своего врага? Драко Малфой сделал то же — открыл его. И с каждой страницей привычный мир начинал трещать по швам, а ненависть — уступать место куда более опасным чувствам. С каждой прочитанной строчкой границы между врагом и кем-то большим становились всё тоньше. Но в Хогвартсе, где кровь и происхождение решают слишком многое, любое чувство способно стать смертельным оружием.

Гермиона Грейнджер уверена, что наблюдать за соседом через окно — плохая идея. Особенно если этим соседом оказывается Драко Малфой.

Орден проигрывает в затянувшейся войне. Чтобы спасти друзей, Гермиона Грейнджер жертвует собой и оказывается в плену на Темной стороне. Но вместо того, чтобы, как и приказано, сломить ее дух, заполучивший ее в свои руки Драко Малфой рискует собой и оберегает по неведомой причине...

Гермиона почувствовала, как в ушах снова зазвенело. Она увидит его впервые после Финальной битвы, когда он, исхудавший и растерянный, сидел за столом Слизерина в Большом зале вместе с матерью, сжимающей его руку. Она не собиралась его искать. Ни в коридорах, ни под белыми простынями, ни по дороге с Роном в Тайную комнату. И это означало, что она была лишь глупой девчонкой. *** POV Драко Малфоя из «Правильного решения». Вторая часть серии «Правильное/Неправильное».

В Запретном лесу беззаботные феи и эльфы устроили молодым людям испытания. Смогут ли их проделки обличить истинные чувства? Вас ждут навязчивые первокурсницы, хмурые волшебные жабы и наглые феи. А ещё, по заветам великого мэтра - конечно, любовь. Или Драко Малфой участвует в школьной театральной постановке.

Во время жаркого спора Гарри произносит имя Волан-де-Морта. Убегая от Псов, Гермиона разлучается с друзьями, чуть позже она узнает, что они в порядке, но воссоединиться они пока не могут. Она снимает домик под другой внешностью и чужим именем и ждёт от них сообщения. Неделю спустя после прогулки Гермиона встречает раненного Драко, и понимает, что на него напал Сивый. Малфой хоть и не горит ярким желанием, но не против получить от неё помощь, вскоре они начинают сближаться.

Первый поцелуй Гермиона могла объяснить гормонами, второй — случайностью, третий — алкоголем. Она мысленно искала нелепые оправдания и довольствовалась ими. Тем более ни Малфой, ни она сама не считали нужным что-либо обсуждать, будто бы физические контакты были лишь эфемерными видениями. Но всё было реально.

Знаешь ли ты, что существует поверье о кровавой луне? Древние верили, что небесный дракон поедает светило, заливая некогда чистое, непорочное сияние алой кровью. Это явление настолько редкое и так восхитительно прекрасно в своей жути — что, увидев раз, забыть не сможешь никогда. Кто же ты такая — луна, обагренная кровью? Бедная, бедная луна — кем бы ты ни была — разве ты виновата в том, что дракон возжелал тебя? Жаль, что он не умеет созидать, любя — только уничтожать, разрушая... Очень жаль…