Взгляд Кейла, против его воли, на долю секунды задержался на этом виде, скользнув вниз по линии пресса. — Мои глаза выше, — мягко, но отчетливо прозвучал голос Эрухабена.

— Мой Господин желает, чтобы этот верный рыцарь доставил удовольствие своему Господину? — его голос, всегда такой холодный и отстранённый, теперь был низким, густым, полным почтительного вызова. Он смотрел снизу вверх, и в его золотых глазах горело не только подчинение, но и тёмное, властное торжество. — Да, — выдохнул Кейл, и его пальцы мягко, но недвусмысленно вцепились в волосы Эрухабена, направляя его. — Этот Господин желает видеть, как ты будешь услаждать меня своим ртом.

Кейл, вечный мечтатель о покое, понимает, что его дом — это не тишина, а хаотичный шум любимой семьи. Но есть тишина иного рода — та, что живёт в золотых глазах дракона и требует уединения, чтобы раскрыться полностью. Новогодняя ночь даёт обещание, а рассвет первого дня года приносит его исполнение.

— Тогда спрошу иначе, — проговорил он, и в его тоне не было ни игры, ни сомнений, только чистая, обнажённая искренность. — Если я скажу, что люблю тебя.. ответишь ли ты на мою любовь? Воздух в комнате будто загустел. Кейл почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он потерялся — слова застряли в горле.

"...; — Что будем делать с книгой? —Отложим куда подальше. Ведь вы и без этого способны придумать новые способы развратить меня..." (c)

Вот и причина всех его ненастий: наглый Лис, без разрешения проникнувший к нему в логово и довольно сидящий на чужом столе. Только у него хватает смелости обращаться так с Древним Драконом. Эрухабен соврёт, если скажет, что именно не эти поступки вызывают симпатию и обожание.

«Весна. Многое в мире радуется ей, ведь солнца стало больше, красок ярких тоже добавилось, а ветер приносит ароматы начавших цвести деревьев и трав. Красота. Так же это время любви и буйства чувств. Всё прямо источает энергию. Но не Кэйл. »