Атсуши полагал, что они точно друг другу какие-нибудь родственники, если не сводные братья, раз откликаются на одну фамилию. В ступор вводило только то, что в списке студентов под этой фамилией значился только Осаму. Стоит ли ему спрашивать?..

Чимин оправдывается мизофобией и говорит, что ему просто противно до всего дотрагиваться. Но на самом деле всё гораздо глубже, и мизофобия лишь доля правды от всего остального.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

«Пусть мир спасает кто-нибудь другой, а мы с тобой лучше спасем друг друга».

realstraykids опубликовал(-а) новый пост. Нажмите, чтобы посмотреть... Нельзя злиться на человека, который в обязательном порядке поздравляет тебя с днем рождения, выкладывает твои нежные фотографии, заправляет выбившиеся пряди волос за ушко... И совершенно не дружит с автопереводчиком. Или история о том, как Хенджин рассказал всему миру немного больше, чем следовало.

О том, как Ли Минхо ждал подходящего альфу для Хан Джисона. А его брата, Ли Феликса, жёстко наебали с партнёрскими родами.

Минхо, сбегая ночью от мужа любовницы через балкон, даже подумать не мог, что в это время прямо под ним, в кустах, Джисон искал сорванный в недавней драке пирсинг -Ебучие ветки, всю задницу разодрал, - задушенно прохрипел Минхо -Это мои ноги, урод

AU, в которой Кенма ненавидит свою работу в университете, Куроо ненавидит теорию вероятности, Акааши ненавидит то, насколько горяч и очарователен его преподаватель истории, а Бокуто... Бокуто всем доволен и непростительно влюблён.

В таком духе проходят их дни. Аль-Хайтам возвращается из Академии злой и приставучий, Кави продолжает изображать саму невинность. Тигнари бесстыдно хихикает в кулак при встрече.

В Академии есть правила, и Аль-Хайтам учит Каве первому из них: хочешь чего-то – заслужи.

Аль-Хайтам никогда не был падким на запахи омег, но он не думал, что это означает...

— С чего ты взял, что я ненавижу тебя? — Что? — Кавех спрашивает истерично, почти с вызовом, поднимая голову от неожиданности этого вопроса, но лицо Аль-Хайтама абсолютно не меняется, будто не перед ним Кавех частично обнажил душу, будто не перед ним расплакался. — Ты сказал, что я тебя ненавижу. Это не так, — повторяет Аль-Хайтам ровно, и ничего в его позе не меняется, даже волос из причёски не выбивается.