Аркадий в три шага, отбросив трость и на ходу скидывая шинель, пересек лед - быстро, чтобы нога не подломилась и не позволила позорно упасть на глазах у сослуживцев, оказался у темной бурлящей воды и нырнул, выставив перед собой руки. Холод был непереносимым. Все тело обожгло и свело титанической судорогой, кожа взорвалась болью, ее будто бы изнутри и снаружи кололо десятками огромных иголок, однако вопреки всем этому он погружался вниз, во мрак, где плясали всполохи пожара.

Европа охвачена болезненной лихорадкой начинающейся мировой войны. Играют духовые оркестры, отправляются на фронт поезда, в Российской империи небывалый взрыв патриотизма, революционные идеи позабыты, а красные знамена убраны до поры до времени. Они с Алексом гуляют по Летнему саду в сентябре, собирают букеты из увядающих цветов и смеются, пока Аркадий не собирается с духом и не говорит негромко: - Меня призывают на фронт.

... словно юркий изворотливый бес выбрался из преисподней погулять по Петрограду и вот присел передохнуть от проказ...

У Аркадия голос цвета морской волны. И длинные аристократически изящные пальцы, крупные ладони, спрятанные в чёрные кожаные перчатки.

AU, в котором температура тела человека тем выше, чем ближе к нему находится его родственная душа.

Лучшим подарком для Алекса на Новый год стала бы возможность не тонуть в кошмарных снах. Но судьба любит смеяться и подбрасывает их ещё и наяву. А Аркадий молча заваривает чай.

Вся эта нелепая история завертелась исключительно из-за того, что в глубине души Аркадий Трубецкой был конченым идеалистом.

Аркадий и поверить не мог, что встретит того, кого считал мёртвым. И уж тем более не мог поверить, что захочет ему помочь. И научится жить для себя и немного — для Алекса. AU, где Алекс, пусть и ненадолго, но выжил. А Аркадий не может кататься и проклинает каждый день своей жизни. Они встречаются у ледовой ярмарки, где всё и начиналось.

Мы же почти подельники. Я ворую, ты строишь коварные планы по разрушению чужих репутаций. Знаешь, когда мы победим и этот твой жалкий старый мир рухнет, я торжественно приму тебя в банду. Будешь моей правой рукой, как тебе такое?

Хазин красивый. Красивый как пиздец в этих своих водолазках с пальто, или в обычной футболке, или в полицейской форме — Гром один раз случайно видел фотку — или… Или такой. Жаром обдаёт щёки, и если бы Игорь умел краснеть — не обобрался бы потом издевательств. Петя на нём совсем небольшой, худой, бледный, с тонкими запястьями и выпирающими тазовыми косточками. Игорь вдруг ощущает потребность поцеловать их или, еще лучше, оставить засос, как какой-нибудь ревнивый подросток.

желтые фонари десятками маленьких кругляшков висят на проводках, переливаются и светятся, заставляя сверкать толстый слой льда под ногами.