— Кажется, я сломал запястье, — смущенно говорит Чонгук, избегая чужого взгляда. Тэхен коротко поглядывает на промежность Чонгука и его полустоячий член, и говорит: — Ну тогда, скорее всего, это повлечет за собой некие трудности. — Тэхен! — растерянно кричит младший, а его щеки загораются как две звезды.

чонгуку хочется. до зуда под кожей, до жжения в груди.

Чонгук бета, которого должны были поселить с бетой, но с ним все всегда идет наперекосяк.

Тэхён знает Чонгука едва ли не с пелёнок. И именно тогда, когда ему было десять лет, а его омеге только шесть, юный альфа понял - вот его смысл жизни, который он намерен оберегать всегда.

У Чонгука уже много лет в медицинской карте чёрным по белому : "Синдром запертого человека". А Тэхён готов на коленях умолять его родителей не отдавать младшего в лечебницу, и позволить Киму самому бороться за здоровье своего любимого мальчика.

Чонгуку тогда было пятнадцать. Он был лучшим другом Тэиля, и для девятилетнего Тэхёна Чон выглядел внушительным омегой; вероятно, лучшим из тех, кого Тэхён когда-либо встречал.

Тэхену не везет с соседями. Совсем.

Тэхён всегда был падок на парней с татуировками, а этот милый новый бариста через улицу, как оказалось, питал слабость к мальчикам, у которых в волосах путались цветы.

У Чонгука холодные пальцы, касающиеся под футболкой тэхёновой кожи чуть выше тазобедренных косточек, голос — разочарованный, и лицо поникшее. У Тэхёна от вида этого почти что сломленного ангела на его коленях трепетно замирает сердце — это самое прекрасное в его жизни зрелище, вместе с тем самое болезненное. Как слишком реалистичное искусство о чём-то трагичном. — Ты выглядишь как искусство, — вторит своим мыслям Тэхён, — искусство о трагичном.

Грёбанную практику на его третьем курсе педагогического явно придумали в аду, ибо только сам Дьявол мог счесть замечательной идеей запихнуть Чона в детский лагерь к выводку из тридцати тинэйджеров и… – Эй, Ким, что, блять, твой шайтан опять забыл рядом с моими детьми?!

Чон Чонгук знать не знает никакого Ким Тэхёна. Только вот стабильно таскает чьи-то пахучие пиджаки себе домой.

Чёртовы брачные игры.

AU, где Тэхëн переживает экзистенциальный кризис в одном из баров Итэвона, а Чонгук — бармен, и он привык выслушивать нытье посетителей, но ещё ни один из них не был таким необычным, как этот великолепный парень.

AU вселенная, в которой Институт семьи обязывает каждую истинную пару при первой же встрече зарегистрировать брак, чтобы помочь людям обрести любовь и гармонию в отношениях. Но почему-то не у всех пар это получается.

То, что Тэхен никогда никому не пожелает, это просыпаться каждое утро, открывать глаза и видеть сплошную темноту. Каждое утро он осознает из раза в раз, что это не сон, а реальность. Просто темнота, и это так больно. Больнее, чем что-либо еще, даже больнее, чем рассказать кому-то, как он потерял свое зрение.

«Доброе утро, Себастьян». «А мне, пап, дёброе вутро?!» - Тэгык лупит глазки и смотрит выжидающе. «А тебе нет!» - суровый папа в деле, «Пока носочки не наденешь, никакого доброго утра».

Почему секреты называются «секретами», если тайное становится явным? Это был конец одной истории, и начало двух других.

Минут через десять Чонгук достаёт бутылку красного полусладкого прямо из-под стола, бокал под винишко, задумывается за тем, принести ему сыр или фруктов, и только сквозь звенящую тишину понимает, что на него смотрят десять пар непонимающих глаз через экран ноутбука. JeonSavage: — А, ой…

— Давай же, ты же не будешь вечно за меня держаться, — говорит Тэхён, держа руки Чонгука, пока учит его кататься на коньках уже второй час. Младший кивает, поджав губы и тихонько двигается вперёд, когда хватка на ладонях пропадает. У него получается! — Молодец, малыш… — произносит Тэ с гордостью, но долей грусти в голосе.

На самом деле, в его секретаре нет ничего особенного. Да-да, ничего от слова "совсем". И не было бы, по мнению Чона, никогда... не смени он спортзал. "Не думаю, что Вам будет интересно… но это зал для стрип-пластики", – консультант махнул рукой в направлении приоткрытой двери, за которой виднелась кучка омег, ожидающих инструктора.