Адриан застаёт момент трансформации Ледибаг и впадает в ступор. А ещё в думы.

— Уходи, Кот, — вздохнула она, — рано или поздно людям нужно уходить из чьих-то жизней, потому что те приносят только беды. Такие, как я... Я не хочу привязываться к тебе, а затем страдать из-за потери. Просто уйди. — Я не уйду, Маринетт, — он взял её руки в свои и грустно улыбнулся, — потому что я привязался к тебе первым...

Я выбираю Кота Нуара...

У Маринетт входит в привычку писать Адриану смс с признаниями в любви. И пусть ни одно из них не ушло к адресату, она продолжает их перечитывать. Все сообщения. От начала до конца. Каждую ночь. Потому нет ничего удивительного в том, что однажды, по ошибке, Маринетт все же нажимает кнопку «отправить».

Целая ночь беспрерывного сна становится чем-то недостижимым для бедных Маринетт и Адриана.

Чувства Ледибаг к Черному Коту изменились со временем, но она не может позволить себе никаких серьезных отношений, пока им угрожает Бражник.

– Если я скажу тебе, что Кот Нуар сейчас в этом зале? Если... Если я скажу, что несколько часов назад ты стала его женой?

Она была похожа на котенка - маленького, испуганного и дрожащего котенка, который неуверенно переминался с лапки на лапку и чуть ли не плакал.

В календаре у Адриана вот уже который год красным цветом ярко горит один из дней в начале года. Это не день рождения кого-то родственников, не один из государственных праздников. Но Адриан знает, что этот день — самый лучший на свете: как для него, так и для его жены, ведь именно тогда они нашли наконец друг друга.

Маринетт заболевает простудой, а Кот Нуар пробирается к ней домой и лечит ее своим излюбленным кошачьим методом.

Хвост жил своей жизнью. Он мог разбить что-нибудь, щелкнуть по носу мэра Буржуа, смахнуть конфету прямо в руки маленькой девочке за спиной у ее родителей, но абсолютным фаворитом по части выходок хвоста была Ледибаг. А вот сам Кот Нуар о поведении этой своей части не имел ни малейшего понятия.

- Ты тоже очень милый, - отвечает Мари, разглядывая его пострадавшее в бою лицо. И она не лжет ни в едином смысле этой фразы. Так искренне, просто и честно. А ее улыбка – такая теплая, уютная, домашняя, такая родная, что у Кота внутри все переворачивается и он несдержанно прикусывает рассеченную губу от нервов, и, кажется, даже не замечает вновь вспыхнувшей боли. В его взгляде отражается безудержная радость, настоящее счастье и еще целый шквал эмоций.

В критический для Ледибаг и Кота Нуара момент, когда помощи вроде бы ждать неоткуда, она в буквальном смысле падает им на голову в виде нового супергероя с кошачьими ушами... Всё бы ничего, но он неожиданно называет их «мамой» и «папой», введя в ступор своих будущих родителей. — Упс, — виновато улыбается паренёк в конце. — Виноват. Ну, ладно, удачи вам дальше! Меня, если что, Хьюго зовут, — и, подмигнув, он исчезает в белом портале будущего, оставив Леди и Кота разбираться с последствиями...

Уставшая после кучи совещаний Маринетт Агрест решает тайком уйти на обеденный перерыв на полчаса раньше. Вот только она не подозревала, что на крыше соседнего дома встретит напарника с её собственной дочерью.

Жизнь похожа на калейдоскоп. Стоит только раз встряхнуть — и новое раскрывается своими гранями, и как прежде — уже явно не будет. Это сборник, в котором собраны самые разнообразные вариации любовных взаимоотношений... двух человек. [17/???]

Под угрозой исключения из коллежа Маринетт вынуждена проводить дополнительные занятия для нерадивого новичка Адриана.

Адриан не планировал целовать Маринетт. Он однозначно не собирался делать это чаще одного раза. Он СОВЕРШЕННО ТОЧНО не планировал повторять это снова и снова, скрываясь за удобной анонимностью своего альтер-эго. Но от некоторых привычек трудно избавиться, особенно в тех случаях, когда, чем чаще ты делаешь что-то, тем меньше хочется прекратить.

[МариКот] — Даже мой хвост любит тебя, а это о чем-то да говорит, верно? — Нуар прижимается щекой к её щеке и снова начинает мурлыкать, зная, что Маринетт не может на него обижаться или злиться, когда он так делает, даже в шутку. — К тому же, разве те люди, которые тебя обидели, могут похвастаться тем, что их лучший друг — герой Парижа?