- Ты кого-нибудь целовал до этого? Дерек на секунду застыл, потом посмотрел на омегу и легко улыбнулся: - Да.

Сегодня. Сегодня тот самый день, когда Дерек сделает это: он подойдет к милому баристе в своем любимом кафе и пригласит на свидание.

Совсем скоро будет последняя игра года, а Дерек не может элементарно забить мяч в корзину и всё из-за одной проблемы. Проблему звали Стайлз Стилински.

Не верю, что Дерек прятался в комнате Стайлза всего один раз!

...Но стоит Дереку обнаружить письмо, и он мрачнеет. На бумажном конверте ни марок, ни обратного адреса – абсолютная сияющая пустота белого листа. Внутри – какой-то огрызок тетрадной страницы. Всего три слова. «Бросай эту стерву». Он бы счёл это насмешкой, дурацкой шуткой, розыгрышем, чем угодно. Но ровные округлые буквы, летящий почерк – всё это знакомо до боли. Дерек знает: так пишет Кора. Писала.

У Стайлза проблемы со сном. Были.

Стайлз смотрит на себя в зеркало и ненавидит то, что в нём видит – острые локти, худые коленки, детская угловатость и неуклюжесть фигуры и движений. Он кусает губы – эти уродливые, огромные губы, кажущиеся слишком чужими на бледном лице – и всё-таки отворачивается. Боже. Боже. Боже.

Стайлз Стилински переезжает в Бикон-Хиллз в 10-ом классе и случайно усыновляет стаю подростков-оборотней. Перевод фика Stilinski's Home for Wayward Wolves, автор owlpostagain

У Стайлза разбит рот, под носом – кровавая юшка, а глаза огромные, отзеркаливают (топят) в себе Луну. Короткий ежик волос, нескладное, худое тело под мешковатой футболкой и штанами. Сто сорок семь фунтов бледной кожи и хрупких костей. Ничего привлекательного. Ничего, блядь. Дерек не может оторвать от него голодный взгляд.

— Ну, тогда бы я сказал, что люблю тебя и что время, проведённое с тобой, было лучшим в моей жизни, пускай ты об этом и не догадывался, — Стилински говорит это также на автопилоте, но потом резко замолкает и поднимает голову. У него взгляд, как у испуганного оленя, на которого несётся бронепоезд.

Давным-давно повешенные Клаудией голубые хлопковые шторы подрагивали на ветру открытой ставни. На улице уже несколько часов как наступила ночь. В комнате на втором этаже, за которой чертовски удобно наблюдать с высокой сосны в пяти метрах от дома, мелькают разноцветные огни видеоигры. Спустя еще сорок минут звуки в комнате стихают, и слышится тихий вздох облегчения, затем похрустывание суставов и сдавленный стон, после чего скрипит кровать, и в комнату вместе с ночью проникает он.

Говорят, что Гриффиндор – это факультет смелости, но в делах сердечных все равны, и единственное отличие красного факультета в том, что они действуют напролом, и поэтому прямо сейчас Стайлз Стилински стоит где-то в подземелье, трясётся от страха, но абсолютно уверен в правильности своего решения.

У Дерека в доме очень холодно, а Стайлз забирается в постель к нему, чтобы согреться. Он уверен, что под угрозой оказался один из фундаментальных законов физики. Что-то вроде «две вещи не могут занимать одно пространство одновременно».

[AU|Студенческое] Абсолютно каждый считал, что Стайлз – помеха. Некрасивый, неуклюжий и ненужный. С ним общались только потому, что хотели быть поближе к Лидии – его лучшей подруге. Стайлз – тот самый третий лишний, балласт, от которого невозможно избавиться и поэтому приходится терпеть.

"То есть, тебе кранты, если я откажусь? Не хотелось бы, чтобы ты откинул коньки только по той причине, что закорючки были недостаточно заковыристыми". или Дерек просит Стайлза помочь в проведении магического ритуала, включающего в себя много обнаженки.

AU. Мир, в котором у каждого человека есть свой соулмейт. У каждого человека есть отметина на запястье. Её видит только он и его соулмейт. Когда твой сойлмейт рядом отметина скажет об этом. Действия происходят параллельно с событиями первого сезона.

Про то, что иногда наши близкие знают о нас то, в чём мы сами боимся себе признаться.

– Хочешь что-нибудь рассказать мне? – парень по прозвищу Ногицуне, Стайлз, щурит глаза, ожидая от Дерека ответа. – Разумеется. – Дерек делает несколько широких шагов вперёд, оказываясь вплотную к Стайлзу, чтобы выдохнуть ему в губы: – Я хочу тебя.

Кажется, соулмейт Стайлза — собака. Огромная собака. И он не совсем уверен, что нужно с этим делать.

Если бы Стилински знал, что обернётся всё вот так, то плюнул бы на свою совесть и собственноручно придушил оборотня. Потому что на осознание, что Дерек Хейл – его соулмейт, уходит жалких пару секунд при первом же соприкосновении губ