Когда они вдвоём, не остаётся места для тьмы. Только для любви.

И тогда он подается вперед, подпирает щеку рукой, а затем совершенно невозмутимо поясняет: — Я понял, что люблю тебя. Так уж вышло.

Первый шаг... самый трудный, самый важный, но... такой неожиданно приятный и запоминающийся...

Когда Асая получает сообщение от Кенске, предлагающего посмотреть фильм, то приятно удивляется. Неужели Кенске — сама простота — решил воспользоваться случаем, пока его родственников не будет дома?

Когда утром голова ещё не включена, то происходят странные события, к которым приходится приспосабливаться.

Все началось так внезапно, спонтанно, что Юра и Отабек даже не рассказали о своих отношениях остальным. А после, обсудив все во время одного из многочисленных разговоров по Skype, вообще пришли к выводу, что пока не стоило говорить об этом. Даже друзьям.

До этого момента Виктор и не подозревал, что он ревнивый человек. Вот так интересное открытие.

Юра шлет Отабеку странное сообщение. Отабек долго не понимает, пока однажды за завтраком на него не сходит озарение.

Какой черт дернул его приехать в Санкт-Петербург, впервые, наверное, в жизни этой послушать Якова, не снять квартиру и не обустроиться в отеле, а согласиться на приглашение Никифорова пожить в их с Юри только свитом семейном гнездышке? – Эй, может, ты не знал, но я не как вы, понял? – шипит Юрий, отодвинувшись назад, но юноша остается все так же невозмутим и спокоен. – Я, это… – Yuri-kun, кому ты врешь?

Юри очень быстро набирает вес, а это не очень хорошо. Пришлось Виктору составить для юного фигуриста особую программу тренировок...

Цзинхуа действительно был особенным. Пожалуй, самым особенный человеком в мире. Но только не для Си. Молодой господин так яростно оберегал жизнь Цзинхуа вовсе не потому, что она была дорога ему. Просто Цзинхуа был последним человеком в этом мире, способным сдержать дух первого мастера Янмин, погрузившегося во тьму. И это даже не было заслугой самого Цзинхуа. Просто он родился в семье Ян. Вот и все. Как прозаично.

Утренние мысли Дуаньму Си.

История о том, как проходил День святого Валентина в поместье Дуаньму.

Только сейчас до Вэй У Сяня дошло, что с возвращения в Облачные Глубины из Башни Кои, Лань Чжань практически не смотрел на него. Возможно, это было из-за раскрытого всем нового облика Вэй Ина? Но ведь ему не предоставляли право выбора тела и уж тем более не спрашивали, желает ли он вернуться на землю в новом обличье. Выводы были весьма логичными и вполне оправданными, вот только какое-то неприятное ощущение всё же оставалось на сердце, и этот осадок никак не желал покидать создание Вэй У Сяня.

"Многие адепты ордена сгорели бы со стыда, если бы увидели своего Главу таким. Разметавшимся, непристойным, возбужденным, с пятнами румянца на щеках, прикрытым лишь своими волосами и телом Цзян Чэна. Любовники. Невенчанные супруги..."

У Нормана тонкая кожа, и руки его становятся совсем синими этими холодными вечерами, и тогда Рей позволяет ему залезть к себе под одеяло, прижать холодные ладони к своим ребрам, не менее холодные лодыжки – к своим собственным.