– Черт, где мои сигареты. – Хенджин еще раз ощупывает карманы под юбкой и кидает на Джисона молящий взгляд. – За отсос любой вопрос, – вместе с дымом, нахально отвечает ему Хан.

от врагов к возлюбленым. хенджин и джисон встречаются давно и все об этом знают в группе, но возможно не все готовы к тому, что ребята любят потрахаться буквально везде.

Никто и никогда не ставил под сомнение безрассудность Джисона, пока та не переходила грань полного сумасшествия, утягивающего за собой ещё и Хёнджина, что слепо следовал за своим Солнцем и звёздами. То есть, за своим карманным безумцем, решившим, что никто и не заметит их маленькой шалости.

Хан Джисону нравится математика. А, нет, в математике Джисону нравится только Хван Хёнджин.

Джисон зажимает его везде, где придётся. От Джисона пахнет банально. Яблочной жвачкой и какими-то электронными сигаретами. Это не значит, что у Хвана не подкашиваются колени. Джисон ниже него на добрых сантиметров пятнадцать. У него маленькие ладошки, узкая талия и беличья улыбка. Джисон по идее н е м о ж е т Хёнджина зажимать. Не то чтобы ему это когда-нибудь мешало. Хан нагло прикасается и дразнит всё время. Хёнджин не может поверить что из всех людей в мире, именно он его соулмейт.

— Как будто я виноват в том, что ты позволил мне отбиться от рук, Джисон, — говорит Хван и смотрит прямо в глаза, где уже давно на открытом огне танцует сам дьявол, и, Господи, как долго он этого желал.