Одного Лань Чжань не понимал. Чтобы вновь вернуть себе золотое ядро, Вэй Ин должен был на очень долгое время отказаться как от дороги тьмы, так и от праведного пути. Стать беспомощным, как когда-то.

Лань Чжаня не стало. А Вэй Ину надо как-то жить дальше. Все думают, что бывший Старейшина Илина непременно оживит своего обожаемого супруга, но сделает он это взаправду? Может у него другой план, а может плана и вовсе нет, и он просто доверится своей судьбе и пошагает своей дорогой. Кто знает.

Лань Сичэнь возвращает Вэй Усяня из мертвых, чтобы тот спас Ванцзи.

Много лет минуло, и большая часть деяний Старейшины Илина канула в лету, оставшись горечью в памяти пострадавших от его руки. Для Вэй Ина же прошло чуть больше года, и он всё ещё не понимает как жить свою нынешнюю жизнь: боль, чувство вины и целая вереница сожалений не покидают его ни днём, ни ночью, а проснувшееся в нём нежное чувство неустанно подтачивает хрупкое душевное равновесие. Устав от самого себя, Вэй Ин возвращается в единственное место, где ему всё ещё рады, и это решение меняет всё.

Что делать, если вы неожиданно наткнулись на что-то удивительное? Пройти мимо? Конечно же нет! Стоит изучить чудо! Вот только решив сунуть свой нос туда куда не следует, можно запросто без него остаться. Мог ли Вэй Ин предположить, что любопытство приведет его прямиком в когтистые лапы самого настоящего дракона? И вообще... любопытство ли? Возможно, встреча человека и зверя была предсказана ещё до рождения юноши, и вся его жизнь была лишь дорогой, которая вела в страстные объятия дракона?

— Ханьгуан-цзюнь, — повторяет Вэй Усянь. Сердце сжимает. Он хочет… но он правда собирался справиться с этими кошмарами до того, как они вновь встретятся, чтобы не обнаружить, что вновь полагается на близость Лань Ванцзи. Он не должен возвращаться сейчас. Но он так устал, и его сила воли рассыпается. — Да, — говорит он. — Хорошо. Заберите меня с собой в Гусу.

— Не слушай его, — повторил Вэй Ин. Он коснулся пальцами белоснежной ткани на груди Лань Чжаня, скользнул ладонями вверх и ощутимо сжал его плечи, не позволяя отдалиться ещё сильнее. — До тех пор, пока тебе… — Вэй Ин запнулся, опустил взгляд, исправился, — пока нам удобно, не слушай никого. Хорошо? Только мы знаем, что между нами. Лань Чжань накрыл его руку своей: — А мы знаем?

Лань Чжань творит загадочные и смущающие вещи, и всему виной - Вэй Ин. Вэй Ин творит беспорядок в доме и в сердце Лань Чжаня, и всему виной - любовь.

Ханьгуан-цзюнь не склонен к многословию. И вообще разговаривает нечасто. Но что, если его ученики отыщут необычный способ расшифровывать его выражения лица?

Вэй Усянь играет на флейте. Кто-то в его многоквартирном доме играет на скрипке. Иногда они играют вместе, и это... мило. Очень мило. Это, типа, самое милое, что сейчас происходит в его жизни, правда.

Во время Аннигиляции Солнца Лань Ван Цзи оказывается бесповоротно искалечен. Не желая более обременять брата и свой орден, он тайно уходит, но судьба распоряжается иначе, сталкивая его с черным лисом, что понимает человеческую речь.

Лань Чжань не принял предложенную чашу вина, и событий с деревянной бочкой не состоялось. Вэй Ин ничего не узнал от Лань Сиченя и остался без ответов. Из храма Гуаньинь герои сбежали, всё ещё оставаясь приятелями. Есть ли у них шанс стать парой иначе или они так и будут ходить вокруг да около до старости?

Ванцзи всего семнадцать, а Вэй Ин - самый красивый человек, которого он когда-либо видел, и, конечно же, он влюбляется.

Вэй Ин едет к родным, но его поезд застревает на маленькой станции. Вэй Ин решает прогуляться по незнакомому городку. Вэй Ин уже давно перестал ждать чудес от жизни, но одна манящая дверца внутри ресторана меняет его жизнь даже больше, чем он мог надеяться. (Немножко мистики, летнего ночного неба и молчаливо идущего рядом Лань Чжаня).

Вэй Усянь гордится тем, что довольно хорошо разбирается в людях, скорее интуитивно. Поэтому, когда на третьем курсе колледжа он оказывается соседом по комнате с невозмутимым Лань Ванцзи, он полон решимости прорваться сквозь односложные ответы этого человека и стать его другом. И то, что они трахаются время от времени является приятным бонусом, с какой стороны ни посмотри. Или, Вэй Усянь неверно истолковывает все сигналы, думая, что Лань Ванцзи хочет быть друзьями с привилегиями.

Лишь познав истинную тьму человек способен разглядеть самый чистый свет.

После Аннигиляции солнца Вэй Усянь мается дурью в Пристани Лотоса, и Цзян Чэн решает, что он принесёт ордену больше пользы, если заключит дипломатический брак. А Лань Ванцзи как раз всё хочет затащить его в Гусу. Только Вэй Усянь не ждёт от этого решения ничего хорошего...

Постканон дорамы. Вэй Ин догадался о чувствах Лань Чжаня, но не отвечает ему взаимностью. В то же время он слишком к нему привязан, чтобы просто отпустить. И слишком ему благодарен, чтобы поступать по отношению к нему эгоистично.

Легенду о молчаливой русалке создала большая человеческая ошибка. И Вэй Ин, узнав две старые истории, сначала подумал, что в действительности эта русалка заслуживает намного больше любви, а потом понял, что он желает подарить эту любовь самостоятельно.

Слышали? Слышали? Родственной душой Второго Нефрита оказался дряхлый старик, не способный о себе позаботиться! Бедный Учитель Лань, надеявшийся выдать племянника за благородную заклинательницу!