Его банда превыше всего. Нерушимый, железный постулат, который Тэхен ни разу не ставил под сомнение. До тех пор, пока не встретил Чонгука.

Узнав об измене парня, Юнги решает его простить, а в качестве извинений сделать парные татуировки с именами. В тату-салоне их встречает мастер, что представляется Хосоком, и приглашает на процедуру. Изменник идёт первым, а Юнги — идёт домой. Ну а тому самому тату-мастеру теперь предстоит найти этого умного и красивого парня, что так эффектно отомстил бывшему.

Он глава мафии. Внушающий страх только своей татуировкой дракона на всю спину. Он не знает ласки и любви, но после одной ночи всё меняется, когда его зашивает не зашуганный врач, а милый интерн с восхищенным взглядом на его тату.

– Блять… – выдыхает, не сдержавшись, Чонгук, когда парень этот наконец укладывается животом на шезлонг, и взгляду кое-что открывается. Ласточки. Сука. У этого парня на гладких бедрах, прямо под еле прикрытыми круглыми ягодицами. Набиты. Две. Ласточки. – А, так это же сын владельца отеля, – Юнги ухмыляется. – Я сразу не понял, но с этого ракурса его грех не узнать.

— Да гонишь? — Чонгук смотрит на мастера круглыми глазами. — Гей? Он? — Все наши уже в курсе. Сколько ты спал? — Вегас ухмыляется. — Ты бы знал, что он вытворяет... AU, где Чон, работающий преподавателем в университете, никак не ожидал встретить в тату-студии своего скромного коллегу. Никак не ожидал увидеть татуировки на его теле, что тот тщательно скрывает под слоями рубашек и жилеток. И уж точно никак не ожидал узнать, что Ким Тэхён, выскользнувший из студии тенью, окажется геем.

- Парень, работающий здесь настоящий профи и мастер своего дела. Он раньше на окраине города работал, а потом появились спонсоры и пересилили его сюда, как знали, что нарыли золотую жилу, потому что клиенты со всего города прут, даже постоянные уже есть. Дело в гору идет. А этот, - Чимин кивает на парня за стойкой. - В роли секретарши и охранника.

— У него татуировка с Хаку, чёрные глаза и харизма, выбившая с ноги дверь в моё сердце, — то ли просто рассказывает, то ли жалуется Ким своему другу. — И я безумно его хочу, да. Au, в котором тридцатидвухлетний пилот вертолёта Ким Тэхён, прилетев в Церматт — курортную деревушку в Швейцарии, никак не ожидал встретить в этом месте свою судьбу в лице восемнадцатилетнего баристы Чон Чонгука.

Он засмущал этот белый воротничок, как мило. Даже милее, чем то, как этот недотрога играется в большого серьёзного дядьку, которому чужды всякие незрелые глупости, пусть и на таком же взрослом дядьке, который, в отличие от него, не пытается накинуть себе солидности. За такими увиваться интереснее всего. Именно такие потом стонут громче всех.