После шокирующего поворота событий Гермиона забеспокоилась, что её брак дал трещину.

Я начинаю отпускать... Мне легче. Намного легче, чем было раньше, но я никогда тебя не забуду. Спасибо за всё, что было между нами. С любовью, Миона

— Я люблю тебя, — сказал он, пока Гермиона не успела остановить его, как делала это всегда. Он впервые сказал ей это вслух, вот только это уже ничего не изменит. Слишком поздно. — А ты любишь его, верно? — Я... Он не позволил закончить. Понимал, что она не сможет ответить ничего внятного. И всё же, он надеялся, что Грейнджер начнёт отрицать и останется с ним. — Всё в порядке, — сказал он, хотя ни черта не было в порядке. — Так бывает. Видимо, пришло время отпустить тебя.

И тогда Гермиона делает это, не успевая задуматься о причине и последствиях. Встаёт на цыпочки – и их губы сталкиваются так резко, что это больше похоже на удар. Авария в замедленной съёмке. Их первый поцелуй солёный от её слёз, смешанный с теплым выдохом прямо ему в рот. Малфой замирает, каменея. И когда осознание сделанного уже почти настигает её, он отвечает на поцелуй.

АУ, где Драко и Гермиона — ловцы разных команд (принципиальных противников) и вынуждены вариться во взаимной ненависти друг к другу.

Амортенция Грейнджер пахнет им, и Драко не может понять почему. Что ещё важнее, он не может позволить ей узнать об этом.

>Он поделится с ней всем. Даже воздухом, настолько, чтобы он стал общим.

— Гарри, — начала Гермиона, стараясь контролировать дрожащий голос, но в это же время ощущая, как паника стала сковывать горло, — почему Драко Малфой так громко кричал что-то о своей... — это слово едва не задушило её, когда она наконец смогла его произнести: — жене? Приквел, который лучше читать после «Ждать и Надеяться»: https://ficbook.net/readfic/10089466

История о том, что бывает, когда Гермиона ищет соулмейта, Драко хочет повеселиться, Блейз хорошо делает массаж, Тео любит Зельеварение, Лаванда строит коварный план, Рон злится, Гарри пытается понять, кто прав, а Гойл просто не понимает ничего.

У каждого человека в мире есть родственная душа. Драко не стал исключением. Во сне он видит человека, предначертанного ему судьбой, и это совершенно не радует Малфоя. Однако, он знает: если не принять свою родственную душу, оба человека умрут. Поэтому Драко пересиливает себя и пытается наладить контакт со своим соулмейтом. Только Гермиона Грейнджер, почему-то, не хочет признавать его своей судьбой. Перед Драко возникает сложный выбор: смириться и умереть или завоевать Грейнджер. Сможет ли он?

— Здравствуй, Грейнджер. Малфой всматривался в наполненные счастьем карие глаза, слегка улыбнувшись одной стороной губ. — Спустя пять лет я нашёл в себе силы прийти к тебе. — Его тихий голос разрезал ночную тишину. — Скажешь, что я идиот, раз тянул так долго? Согласен, — хмыкнул Драко и продолжил смотреть в её глаза. — Считаешь, что я не имею права здесь находиться? Что ж, и снова ты права, Грейнджер. Как обычно.

— Будь мы героями сказки, все наши проблемы решил бы всего один поцелуй. — Но мы не в сказке, и поцелуй в нашем случае карается смертью.

Она призвала свой пижамный топ и осторожно надела его. Её грудь чуть обвисла, и она всё ещё не могла к этому привыкнуть. Драко любил её грудь, искренне ей поклонялся, но Гермионе казалось, что от этой ноши у неё болела спина. Затем она надела штаны, которые всё ещё немного облегали бёдра и поплелась в ванную, чтобы закончить вечерние процедуры. *** Гермиона, будучи матерью четырех детей, не оправилась от последней беременности. Она не уверена в своем новом теле и не знает, что ей делать.

Гермиона сидит ночью в библиотеке, а ливень колотит по большим окнам замка. Гром гремит, молнии сверкают, и каждый раз Гриффиндорка вздрагивает. Она с детства боится грозы. Но кроме неё, в библиотеке, за соседним столом сидит ненавистный ей Слизеринец. Драко Малфой. (И ему на эту грозу до лампочки)

Когда всё закончилось и Драко мягко оторвался от её губ, лишь один вопрос вертелся в её голове: — Забудешь меня? Она смотрела на его припухшие от поцелуя губы. Видела, как их краешек вспорхнул вверх. Как они разомкнулись, и Малфой тихо, но уверенно ответил: — Как только уйду.

Живоглот смотрел на него свысока, и Драко был готов поклясться, что тот улыбался. Гермиона после сказала ему, что дело было в сотрясении, которое он получил при падении, но он знал. Знал, что этот мерзкий жирный кот объявил ему войну. И Драко ответил ему тем же.

— Я Гермиона Грейнджер, — говорю я в пустоту. Но уже сама в это не верю.

Драко Малфой был влюблен в Гермиону Грейнджер. Он не знал об этом. Она не знала об этом. Но Блейз, о Мерлин, как же Блейз об этом знал.

Должность Старосты Мальчиков означает, что ты должен делить общую ванную комнату со Старостой Девочек. Но Драко было невыносимо делить ее со Старостой Девочек потому, что ею являлась Гермиона Грейнджер. Было невыносимо каждый раз наблюдать, как ее волосы засоряют слив в их общей ванной. И именно об этом Драко и собирался с ней поговорить. Будучи в одном лишь полотенце.

Драко и Гермиона. Пустые коридоры Хогвартса. Все так привычно. И так одиноко.