Он даже не взял с собой одеяло: Хантер завернулся в него как в кокон, будто оно могло спасти его от ночных кошмаров. Девчонки спали в комнате Луз. Гас надеется, что хотя бы они поспят, особенно Луз, на долю которой выпало больше всего проблем.

Золотой Страж, лидер императорского ковена и приближенный самого Белоса, оказывается по ту сторону баррикад. Спасённый из опасной ситуации своими врагами, дикими ведьмами, он открывает для себя абсолютно новый мир, где не правят строгие правила и жестокие нравы. И теперь перед молодым парнем встаёт важный вопрос - что для него важнее: верность дяде или его собственная жизнь, в которой он может быть по-настоящему счастлив.

Дариус уже знал, чем закончится путешествие Хантера в сознание Императора. Он видел эту историю не раз.

постканон-аu с хэппиэндом | «Мне некуда идти», — прохрипел Хантер, и дом неожиданно его впустил, позволил. Луз почувствовала это, словно странное теплое, немного колючее, как огромный шерстяной шарф, ощущение скользнуло по лопаткам. Совиное гнездо, принимающее потерянных птенцов. У нее тоже когда-то не было ничего — ни дома, ни цели.

Включая свет на кухне, Луз никак не ожидает увидеть два красных глаза, уставившихся на нее с нескрываемым раздражением во взгляде, и поэтому отпрыгивает со сдавленным писком, выставляя вперед руки.

Хантер не чувствует себя красивым, умным или хотя бы харизматичным. Хантер себя вообще никак не чувствует. Ну, разве что распоследним ничтожеством, когда проваливает очередную миссию.

— Как ты их получил? Шрамы, я имею в виду. — Они... Напоминания о моих прошлых ошибках. Из уроков, которые я извлёк...

Эдрик заставляет Хантера поспать.

События происходят после финала 2 сезона. Ребята попали в человеческий мир и пытаются как можно скорее найти путь обратно. Хантер хочет помочь всем, но при этом старатся не развалится на части из-за призраков прошлого, что его преследуют.

Дариус не умеет общаться с детьми. Тем более, с подростками. Тем более, с травмированными подростками. Вероятно, это единственное, в чём он действительно плох. Он готов признать это. И не то, чтобы он хочет знать что-то о заботе о детях, потому что, по большей части, это участь Идалин, а сам он никогда не был озабочен заведением ребёнка. Но отчего-то Золотой Страж цепляет его. [Полароидные заметки о том, как Хантер и Дариус учатся быть семьёй].

Костяшки пальцев Хантера сжались вокруг деревянной ложки, которой он размешивает шоколад. И мальчик, на самом деле дрожит. При этом в нем поднимается какое-то глубокое, покровительственное чувство, которое он не хочет называть, и Дариус, не выдержав, шагает в комнату. — Плохая ночь, гремлин?

Хантер привыкает к жизни под одной крышей с Дариусом и постепенно отказывается от своих старых повадок.