Жизнь Чеслава Харитонова круто изменилась с приездом старого товарища: боль телесная отступила, а вот сердечная, напротив, расцвела, того и гляди сожрет бедолагу. А потому его младший брат — не без своего интереса, чего уж тут лукавить, — решается на опасное предприятие: втолковать двум отставным воякам, что не только на войне, но и в любви все средства хороши.

Говорит Шань, там точно какую-то херню вместо вискаря разводят. На наркоте. Вставать начинает на тех, кому хочешь въебать. После приема - хотеть начинаешь уже совсем другого. Хотеть начинаешь вытрахать его прямо на столе. Загнуть, уткнуть рожей в столешницу, наклониться к самому уху, прошипеть яростно: и чтобы не звука, понял? А потом намеренно выбивать эти звуки рваными движениями. От звуков не удержаться даже если рот плотно рукой прикрыть - когда трахают грубо, то тихие вскрики неизбежны.

хэд на то, что Рыжик боится прикосновений. Мо бы и дальше продолжал такую жизнь: драки за деньги в подпольных клубах; подработка; учёба; слезы мамы, но закрытые долги за жилье, если бы не одно волшебное «но». А «но» это звали — ебанный мажорик Хэ Тянь, желание приложить которого об любую поверхность росло с такой силой, что кулаки горели от этого самого желания.

История, подсвечивающая любовь между ЧжаЦзянями. Все по канону, отвечаю. Ну почти все.

Чжань Сиси начинает курить, скучая по пропавшему И. Тянь вынужден уехать за границу с тяжёлым сердцем. Мо тонет в пустоте, одалевшей его без доставучего мажора. Чен присматривает за Рыжим по просьбе брата. Весьма своеобразно, надо заметить. Цю остаётся только охреневать.

Их с Гуаньшанем разговор, что у любого человека есть выбор, намертво отпечатался в памяти. Наверное, это из-за рыжего Хэ Тянь и решил себе что-то доказать. Навязчивых идей, конечно, было много, но он выбрал одну, самую важную. Про маму. Готов ли он пойти на всё, чтобы понять, что произошло в ту страшную ночь? Теперь всё стало по-взрослому, и он хотел отвечать за свои поступки и решения. А больше всего - защищать тех, кто ему дорог.

Гуаньшань был единственным в своём роде. И когда я говорю про род, я имею ввиду его омежью сущность, проявляющуюся совсем не так, как у остальных омег. Даже у ебаного Цзяня со временем нормализовался цикл, а он все еще занимался какой-то хуйней и не мог понять, как ему быть. У мамы такого не было, а отец и подавно подобным не страдал, и, как говорится, родила царица в ночь, не то сына, не то дочь.

Гриф легко ложится в руку. Двадцать два лада. На гладкой черной поверхности деки видны потертости и мелкие царапины. Он берег её как зеницу ока, но сколько раз она стонала и кричала вместе с ним – под его руками, будто понимая и разделяя чувства, какими бы они ни были.

Слабости есть у всех, но иногда они очень странно выглядят.

Всем известные сказки с героями Однажды в главных ролях.

Цзянь И снова врывается в жизнь Чжэнси так, словно никуда и не исчезал. Хэ Тянь хочет, чтобы Гуань Шань стал частью его жизни и никогда не уходил. Но это уже не средняя школа, и они уже не дети, и все далеко не так просто, как раньше.

...Мо пытался осознать, что только что произошло – он сразу почувствовал это касание, которое сотнями иголочек прошлось от хвоста по пояснице и выше, вдоль позвоночника, отдаваясь жаром. Этот ублюдок что, его хвост своим трогает?! ! Не омегаверс. Просто мир, где девственники ходят с ушками и хвостиками, напоминающими кошачьи, собственно, до потери всего этого вместе с девственностью.

– Я больше никогда и никому не позволю сделать тебе больно, – прохрипел ему Тянь однажды, и Шань помнит, как подумал тогда с усталой обреченностью: «Верю». Подумал: «Потому что ты сделаешь больно сам».

"Током по оголенным проводам-венам". Сборник драбблов, каждый из которых связан с определенной главой маньхуа.

И если бы кто-то в прошлом сказал ему, что тот долговязый хмырь будет иметь его на капоте собственного мажорского авто, Шань тому смельчаку разбил бы челюсть.

– Завтра может и не быть, – сипло отвечает Гуаньшань с этой надломленной и рушащей полуулыбкой, и Тянь хрипло, побежденно выдыхает. Ему вдруг мерещится так и не озвученное окончание фразы: «Завтра может и не быть рядом тебя».

Секса друг с другом хотелось практически постоянно — не всегда с проникновением, иногда это мог быть слишком чувственный межбедренный или быстрый петтинг в коридоре, растянутый минет в душевой, после которого отвратительно болели колени — все это было по существу замечательно. [секс-рутина тяньшаней]

Пойти на фестиваль красок было определено хорошей идеей. Ведь только благодаря этому Хэ сейчас лицезреет чужую оголенную спину. *Немного про летний отдых, веселье и совместное принятия душа*

– «Я.. из душа... Привет...» Тянь думает, что обнажённый Шань похож на древнегреческую скульптуру. Её искусный мастер долго-долго лепил, резал, сдувая лишнее, и пытался все изгибы молодого тела передать: острые рёбра, рельефную грудь, плечи, которыми можно любоваться вечно, настолько они твёрдые и горячие, волосы ёжиком и ноги длинные. А ещё Тянь думает, что этим мастером мог бы быть он

Он не знал, что так бывает. / Дополнение к главе 375 (поцелуй), с небольшим продолжением /