— Я нашёл тебя, а ты нашёл меня. И это пиздец, как удивительно.

Тебе память по пьяни отшибает, Поттер, ты ведь знаешь, да? ©

Письмо пишется за какие-то двадцать минут. Не думал, что это решение дастся мне так легко. Наверное, меня расслаблял тот факт, что я не собирался по-настоящему его отправлять. Это помогло сбросить все маски.

Тео под взглядом Бориса сжимается в ожидании удара, и Борис смеется белозубо, бьет наотмашь, сигареты тушит о запястье Тео, а Тео стискивает зубы, чтобы не заплакать, потому что мальчики не плачут.

Это были мы. И я целую его снова и снова, не в состоянии отпустить, потому что однажды я отпустил маму, когда ее рука должна была быть в моей, отпустил Бориса, когда должен был догнать в аэропорту, и наркотики и алкоголь делают то, что я не смог бы никогда сделать сам — каждым движением, каждым поцелуем и касанием они говорят то, что я так и не сказал ему, ни тогда, ни после. [Борис и Тео встречаются спустя семь месяцев после Антверпена]

Официант стоит над столом — чёрные кудри обрамляют лицо, левая рука заложена за спину театрально-игривым жестом, — и наливает из высоко поднятой бутыли вино в фужер. Какие времена, такой и Дионис. [сборник драбблов]

кто-то стоял надо мной, высокий, в темном бомбере, на ногах берцы, в руке арматура. Тони и его дружки что-то огрызались еще, я не слушал, я лежал затылком на мокром асфальте, силясь разглядеть хоть что-то в темноте и потоках воды, голова кружилась. ко мне наклонились. бледное лицо, брови-галки, демонические глаза. - Борис?.. - привет, Поттер.

Написано по старому сюжету с tumblr: «Моя семья решила, что мой наркодилер — мой бойфренд».

У Тео есть талант лжеца, есть полный гардероб шитых на заказ из английской шерсти костюмов, есть даже красавица-жена. И со всем этим неожиданно идеально уживаются и птицы, и цветы, и змеи. Нью-Йорк шестидесятых годов, Тео — антиквар, Борис — мафиози.

После того, как картина вернулась на положенное ей место, после всего пережитого прочее казалось несущественной ерундой. Путешествие длиною в пятнадцать лет окончилось, и вот я оказался в тупике. Я больше не понимал, кто я на самом деле и чего хочу. Моя фундаментальная цель – сохранить "Щегла" – была выполнена, как и другие побочные цели, проистекшие из десятилетия с лишним лжи, лицемерия и нарушения закона. Что ждало меня дальше? Что-то новое или, что-то очень плохо забытое старое?