Беловолосый король медленно снимает платье со своей возлюбленной. Уже никакие доводы разума не могут его остановить.

Путешествие закончено, потерянные родственники благополучно встретились. Теперь спокойная жизнь в Емельке? Ага... Как будто она спокойная. Впрочем, это ещё можно посчитать за правду в сравнении с очередным мотанием непонятно где. А оно пусть в этот раз и не затронет всех, но всё равно подкрадывается. А поскольку судьбе (или кто там в ответе за это безобразие?) чужое мнение не интересно, остается только смириться. Впрочем, возмущаться никто не запрещал.

Прекрасная кра стоит у алтаря. Она нежно улыбается своему, наконец, законному мужу. Где-то там, в толпе, стоит её младшая сестра. Она бегает взглядом по прекрасному платью сестры, её, подстать ей, мужу, по толпе, радостно кричащей. Взгляд цепляется за иопа, стоящего в первых рядах, за Элиатроп, нежно улыбающегося, за королевскую знать, радостно смотрящую на пару.

Казалось, словно он умер там, а ныне тут была лишь его тень...

Неоднократно задавалась вопросом, а что если бы Ад и Юго росли не порознь, а вместе? Как бы сложилась их жизнь и жизнь всего мира в целом? Разлука, ссоры, а так же недоверие между ними привели к ужасным последствиям, причём не только для них, но и для всего мира двенадцати в целом.

Он помнит всё, всё, что когда-либо происходило с ним. Его дар обратился в проклятье, от которого спасения нет. Он на краю пропасти под названием "Безумие". Никто не понимает через что он прошёл, никто не понимает, что он далеко не ребёнок...

Нет, Сэдлигроув всегда знал, что кра хороши в том, чтобы устраивать засады, но чтобы пришлось искать собственного сына в лесу - это он, конечно, постарался.

Экспериментальный драббл, по хронологии идет после двух предыдущих фиков. АУ, где Перседаль во втором сезоне воскрес в симбиозе с Руби. Ева осознает, что видит в слиянии не только личность, но и... мужчину.

Продолжение той самой истории, в которой Тристепан воскрес в слиянии с Руби. Прошло полгода. Демон и его страж, кажется, нашли способ разделиться — врач-энирипс в госпитале для проклятых делает этим двоим рискованное предложение...

— Говорил я тебе, — в сотый раз повторял Адамай. — Не злорадствуй, и без тебя тошно, — лучше укрываясь тёплым одеялом проговорил Элиатроп. Белый дракон поставил чашку с горячем чаем на тумбочку возле кровати, садясь рядом с братом.

Белый хвост обвивает холодные, словно Фригост, лодыжки. Тёплая, тяжёлая лапа Ложиться на розовую щеку юноши. Адамай прижимает к себе маленький дрожащий комочек именуемый его братом.

А действительно ли воск обжигает?

Небольшая зарисовка.

Шинономе видела воочию историю элиатропов и знала, что Килби похитил сердце Органакса. Возможно, когда против брата сражаются дети — всё, что осталось от их народа, — уже поздно что-либо говорить... Но она попытается.

Дети-сложная штука.

- А ещё говорит что это драконы существа сложные, да, как же. Этих людей не понять, - посетовал дракончик потирая побитый лоб.

Когда-то у Анатара и Джауля возник конфликт, возросший до огромных масштабов, но когда Хранитель одержал победу для себя, гневу солдата не было придела. И вот обычный нудный день в Шукруте начался с того, что советнику Короля бросили вызов на арене РушуРаш...

Никто из них не безгрешен, никто из них не держит свои клятвы. Их слова лишь пустой звук, ибо не имеют они подтверждения, не имеют они и смысла. Их клятва-пустая забава. Слово, брошенное на ветер.

- Никчёмный, никчёмный, никчёмный! - корит себя шу-шу. Он зажмуривает глаза не желая более лицезреть этот мир, мир, который ему подарил он.

Дом, семья, друзья, всё, чем ты дорожишь может пропасть в одно мгновение. Лишь мгновение и твоя жизнь потеряет всякий смысл. Люди недооценивают его, столь ценное мгновение.