Казалось, юность была так давно, будто в другой жизни. Но почему же шрамы прошлого уродуют твое настоящее? Шан Цинхуа кажется, что все его существо раскололось в тот момент, когда одна мечта разрушила другую. Спустя столько лет он вновь вернулся туда, где прошли его детство и юность. Среди полупрозрачных туманов, зимней темноты и далеких гор он либо разрушит себя окончательно, либо вернет себе то, что потерял так давно.

Мобэй мог одним щелчком пальцев отправить его простирать бескрайние просторы неба вплоть до собственного пристанища на пике Аньдин. На деле же щелкал Цинхуа, и часто только щелчками не ограничивался. И никогда ничего ему за это не было.

Они пробуют во второй раз.

Вот уже два года и три дня Шан Цинхуа только и мечтает о том, чтобы его соулмейт засмеялся. Но этот бесчувственный чурбан наверное немой, раз бедный мышонок так ни разу и не почувствовал странного возбуждения, с того момента, как ему исполнилось 30. Но оказывается у его коллеги по работе совершенно противоположная проблема: его соулмейт настолько часто смеётся, что он с трудом может работать. К чему же приведёт их совместное задание от босса?

Сян Тян Да Фэйдзи всегда был немного вспыльчивым, а переродившись в собственном романе в теле пушечного мяса, так вообще не мог сдерживать свой гнев. Проклиная систему и свое новое тело за слабость, он ищет различные способы не умереть от рук Северного Демонического Короля.

Мобэй приказывает проваливать, и Цинхуа слушается. Им, конечно, стоило бы поговорить, но...

Важной частью культуры демонов являются сражения. Неудивительно, что и демонические свадьбы без них не обходятся.

Шэнь Юань мог официально заявить, что счастливейшим днем его жизни (всех жизней, и этой в частности) стал тот, когда, проснувшись в растительном теле, он не услышал звука активации Системы. Она не отзывалась, сколько бы он её ни звал, а это означало только одно. "Черт возьми, у нас получилось! - ликовало сознание, пока сам Шэнь Юань пытался выбраться из-под земли. - Теперь надо сваливать отсюда, пока не пришёл крындец всему..."

Бросать всё всегда болезненно. Сюжет новеллы кончился. Цинхуа и Цинцю решают уйти с Двенадцати пиков, позволив миру новеллы развиваться без них. И, по законам жанра, попадают в другую историю. Или нет? Система, вернись! Неужели все книжные миры связаны?! (ШЦХ: Огурец, прекрати приносить в дом детей!)

Всё, что хотел Шэнь Цинцю это напиться. Разве он о многом просил?

- Давай начистоту. Я не могу стать твоим мужем.

У Шан Цинхуа жизнь никогда не была особо интересной, но когда в ней появляется кое-какой движ, он жалеет, что вообще когда-то считал спокойные дни скучными. Но он начинает жалеть ещё больше, когда рассказывает о своей проблеме «друзьям». (ИЛИ: у Шан Цинхуа появляется сталкер, а отряд «бывшие партнёры Шан Цинхуа» начинает свою работу).

Шан Цинхуа всегда жаловался, что его лупят три раза в день, почём зря. Но действительно ли ситуация обстояла таким образом? Повествование сюжета от имени Северного короля, за что же на самом деле били несчастного невинного заклинателя.

Утренняя рутина может начинаться по разному, не обязательно с кофе. Вот например, чтобы день прошёл хорошо, Шан Цинхуа надо обязательно съесть на завтрак бутерброд с сыром.

Два девственника пытаются соорентироваться

Мобэй Цзюнь и Шан Цинхуа соулмейты. И это, пожалуй, самая сложная часть в их отношениях.

После окончания основного сюжета романа, написанного им же, он был рад, ведь теперь мог зажить более менее спокойной жизнью. Но невероятное везение приносило Шан Цинхуа немало трудностей, которые привели его к тому, о чём он даже мечтать не мог.

Самолет, Пронзающий Небеса, перерождается в собственном романе, где он должен прожить свою вторую жизнь бесславной судьбой Шан Цинхуа, вот только волей Системы, жанр его книги немного изменился...

От простого обещания приготовить лапшу до запутанных придворных интриг — жизнь Шан Цинхуа переворачивается с ног на голову. На горизонте появляется невеста Короля Севера, он понимает: его положение при дворе может рухнуть в любой момент, ведь принцесса потребовала его голову... В лабиринте дворцовых тайн, где каждый взгляд Мобэй-цзюня — загадка, Шан Цинхуа предстоит понять: действительно ли он всего лишь "вещь" принадлежащая Королю Севера , или за его холодной маской скрывается нечто большее

При самых благоприятных обстоятельствах Шан Цинхуа не пришлось бы проклинать все решения, которые принимает Ло Бинхэ, если бы каждый шаг Ло Бинхэ как почитаемого правителя царства демонов не отслеживался так тщательно, и не подражался всеми демонами. (фик о том, где Шан Цинхуа - самый завидный жених в мире демонов).