Когда дело доходило до разговоров, у них все еще были определенные проблемы.

Среди людей с севера существовала легенда, что ведала о волчице, однажды спасшей дитя, а затем родившей своего ребенка, что не был схож ни с человеком, ни с волком, однако одновременно являлся и тем, и другим. Северяне все шепчутся о происхождении легенды и платят дань в их честь. Шан Цинхуа полагал, что это достаточно интригующая история и планировал использовать ее как основу для своего произведения. Когда он решил пересечь черту Северного леса то получил больше, чем мог себе вообразить.

Не так давно у Его Величества появилась дурная привычка. Он постоянно дарил Шан Цинхуа украшения.

АУ!Мошан, где Щан Цинхуа частично или полностью умеет превращаться в мышонка, и в таком образе прокрался в спальню к Мобэю.

Мобэй приказывает проваливать, и Цинхуа слушается. Им, конечно, стоило бы поговорить, но...

« Я должен быть счастлив, что его величество нашёл себе девушку… от чего же так… больно?» Из ярких как яшма глаз полились солёные слёзы. Он обнял колени руками, и ещё сильнее вжался спиной в стену. Шан Цинхуа прекрасно знал, почему это настолько его задело. Знал, но всячески отрицал. Безусловно, он влюбился…. Влюбился в своего господина, демона северных земель Мобэй Цзюня, с самого начала зная, что ничего хорошего из этого не выйдет, но ведь сердцу не прикажешь...

Они пробуют во второй раз.

И увёз его в телеге Мобэй в закат. А дальше... А дальше читайте сами, что было с этой парочкой!

Шан Цинхуа никак не ожидал, что его похититель окажется таким безумно красивым мужчиной. Черт возьми, он ведь собирался выйти замуж, и похищение определенно не было тем, чего он ожидал в первую брачную ночь.

Шан Цинхуа в очередной раз попадает под влияние собственных сюжетных ходов, а Мобэй-цзюнь в очередной раз путается в человеческих обычаях и повадках.

Шан Цинхуа замечает в себе странные наклонности и необдуманно им потакает, что приводит... в общем-то, понятно, к чему.