Сампо каким-то странным, совершенно непонятным образом вычисляет его номер телефона. Не помогает даже смена SIM-карты, потому что этот идиот находит Ландау даже так. А потом начинает слать странные, странные сообщения.

— Он с тобой заигрывает, дурень, — хихикает Сервал после длинной тирады брата. Достает из-под стойки в мастерской бурый, неотбеленный лист бумаги и сует ему в руки. Гепард хмурится, не понимая намека. — Ответь ему, глупенький.

– Чтобы тебя не тревожило оставь это на потом, котёнок, сейчас здесь только мы, – на его лице играет фривольная улыбка и он склоняет голову ближе к лицу Гепарда, – Не будь таким отстранённым, не разбивай мне сердце!

Гепард учится рисовать чтобы нарисовать точный портрет разыскиваемого преступника, но у него ничего не выходит. Тем не менее он не сдается даже несмотря на то, что ранее развешанные портреты пропадают уже на следующий день.

Казалось бы, что может быть сложного в обычном рассказе о начале ваших отношений? Как выяснилось, у них может

Иногда, раз в бесконечность, в жизни Гепарда что-то шло не так. И почему-то в такие моменты рядом с ним всегда был Сампо.

Кто бы мог подумать, что грозный капитан бейсбольной команды спит с ночником, обнимая при этом огромную подушку в смешной наволочке с котами, которую сам же забраковал пару дней назад? Вот и Сампо не знал бы, если бы не вернулся со смены в ночном клубе чуть раньше обычного.

У телефонных будок было еще один неочевидное преимущество. Сампо отметил это, когда Гепард затолкал его в одну из них. В душной маленькой кабинке едва хватало воздуха для двух разгоряченных молодых людей, но все же это было лучше, чем целоваться на улице, где их мог заметить любой прохожий или – того хуже – патруль.

— Как хорошо, что путь в Надмирье теперь открыт и я могу чаще легально тут бывать, — шепчет Сампо почти в губы Гепарда, склонившись чуть ниже. — И как жаль, что ты все ещё считаешь меня преступником, хотя из противозаконного у меня только нелегальные проникновения наверх. Но меня прельщает то, как ты за мной бегаешь.

"И вот я смотрю в твоё личное дело. Изучу твою душу и примусь за тело"

Сампо любит маленькие шалости, да никто и не против.

Весьма недурно, когда за тобой бегает один из лучших людей Белобога.

Орхидею принято дарить только любимым людям. Драгоценность, символ роскоши и подарок для очень особенных людей.

пять раз, когда странный друг сервал выводит гепарда из себя и один раз, который не подлежит логике. вывод; дети, не пишите всяким дядькам, даже если хотите защитить честь сестры. возможно, вы попали.

Гепард прислонился к двери кабинета с мыслями: "Великие Архитекторы, ЭТО СНОВА ОН!"

Гепард Ландау — благородный и добросердечный капитан Среброгривых Стражей, защитник Белобога и просто хороший человек. И есть другой, полная его противоположность, аферист Сампо Коски, благородство и доброта — это его способ выгодно продаться и выжить среди наёмников Подземья и чопорных богатеев Надмирья. Кто из них мог бы знать, что случится, когда погоня за преступником заведёт Гепарда туда, откуда он не сможет выбраться сам, а жизнь преступника и капитана решит перевернуться с ног на голову.

– Ох, малыш Гепард… Когда-то судьба точно ткнет тебя твоей милой мордашкой в правду, но для этого, видимо, нужно нечто большее, чем ежедневная погоня за мистером Коски.

У Сампо Кёски был язык благословенный, наверно, самим Ахой. Он был настолько умел в том, что бы обвести человека вокруг пальца, что даже ложь была не нужна. Он играл на желаниях и чувствах людей, как на скрипке, убеждая их сделать то, что ему было надо. Конечно, людям это не нравилось. Поэтому не удивительно, что его разыскивали Сереброгривые Стражи. Нет же другой причины?..

— Мистер Коски… Согласился сотрудничать с СББ. Он выдаст списки своих клиентов и контактов, местонахождение своих тайников и еще необнаруженных жертв. Однако, для этого он выставил свои условия. — Какие? — Главное из них — это вы.

- Что такое, командующий Среброгривых Стражей и выдающийся воин Белобога, дотошный и бдительный до глубины души? Так покорно раздвигаешь свои ноги передо мной. - Наемник усмехается, сдувает мокрую от пота челку со лба. Его член приятно сжат в чужом нутре. Гепард под ним кажется не соображает от слова совсем. Его разум опьянен похотью и страстью.