Краткая история о том, к чему могут привести плохие способности к чистописанию и очень ненадёжные столы.

Когда любовь оказывается сильнее запретов и долга.

Словно щитом, загораживается Амен физической болью от преследующих мыслей, от зияющей пустоты в сердце, от той невосполнимой утраты, что принесла сегодняшняя ночь. Осталось лишь выбрать, кого терять: ее или самого себя? Он уже сомневался, что это выбор, а не только его иллюзия.

— Эвтида. Эва не реагирует, все еще любуется. Ждет, что будет дальше. Амен гипнотизирует ее, как змея добычу. Повторяет тише: — Дарующая жизнь. Шезму смотрит на него во все глаза, в голосе его столько нежности. Он наклоняется близко к ней и шепчет прямо в губы: — Не зря так отец нарек.

О чуйке на шезму Верховного эпистата можно было слагать легенды, только вот, казалось бы, в случае с Эвтидой что-то пошло не так. Не раз была она поймана им посреди ночи, но каждый ловко выбиралась из цепких когтей охотника. Удача ли? Быть может. Однако что-то подсказывало, что эпистат не так прост. Он не тот, кем кажется на первый взгляд… а тогда лишь договор — спасение для черномага, подобного ей. Безусловно, если оба придут к согласию, а иначе... победит сильнейший.

— Ходишь по ночам в таком виде, позволяешь каждому встречному лицезреть тебя, да еще смеешь выводить меня из себя… — вкрадчиво заговорил Амен, приближаясь к девушке. Она вздрогнула и вжалась в стену, когда он прислонил ладонь рядом с ее плечом. — Ты воистину безумна, раз решилась на такое. За это надо преподать тебе урок…