***
Астория сидела за барной стойкой, её тонкие пальцы обхватывали бокал с белым вином. Её взгляд был мягким, но в нём читалась некая усталость. Когда Драко подошёл, она повернулась к нему и улыбнулась — искренне, но с оттенком грусти. — Драко Малфой собственной персоной, — произнесла она, склонив голову. — Ты выглядишь... уставшим. — Ты тоже, Астория, — ответил он, садясь рядом. — Или это просто я такой внимательный? Она тихо рассмеялась, делая небольшой глоток из своего бокала. — Ты всегда был внимательным, только не всегда показывал это, — сказала она, скользнув взглядом по его лицу. — Что случилось? Ты весь вечер выглядишь, будто собираешься сломать что-то дорогое. Драко усмехнулся, но в его глазах мелькнула боль. — Всё не так просто, — признался он, беря бокал со стойки и лениво вертя его в руке. — Я опять увяз в прошлом. Или, может, прошлое увязло во мне. Я даже не знаю. Астория посмотрела на него с пониманием, её голос стал тише. — Это из-за неё? — спросила она. — Гермионы? Он кивнул, не пытаясь отрицать очевидное. — Это никогда не прекращалось, Астория. С тех пор, как она ушла, это никогда не прекращалось. Но сейчас... сейчас всё ещё хуже. Она здесь. Рядом. И всё, что я вижу, — это её глаза, её улыбка... и этот чертов Рон Уизли. Астория поставила бокал, накрыв его ладонью. — Драко, ты должен понять, что нельзя жить прошлым. Ты сам говорил мне это, когда я разрывалась между своими ожиданиями и тем, чего от меня хотела семья. — Легко сказать, — пробормотал он, опустив взгляд. — Ты знаешь, что я никогда не был силён в этих вещах. — Но ты сильнее, чем думаешь, — мягко ответила она. — Ты построил свою жизнь заново. Ты помог сотням, а может, и тысячам людей. И сейчас ты делаешь всё это ради неё, так ведь? Чтобы она нашла своё счастье, даже если это не ты. Её слова пронзили его, и он наконец посмотрел на неё. — Ты слишком много обо мне знаешь, Астория, — сказал он с лёгкой улыбкой, но его глаза были печальными. — Это часть нашего контракта, помнишь? — подмигнула она, напоминая ему о той договорённости, которую они заключили годы назад. — Ты получаешь поддержку, я получаю возможность быть собой, без давления нашей "идеальной" жизни. Но иногда я думаю, что ты никогда не перестанешь нести на себе груз прошлого. — Возможно, я просто не умею жить иначе, — признался он, опустошив бокал. — Но спасибо, Астория. Ты права. Это... это просто сложно. Она мягко положила руку на его плечо. — Иногда достаточно просто идти вперёд, даже если каждый шаг даётся с трудом, — сказала она. — А если нужно, я буду здесь, чтобы напомнить тебе об этом. Они сидели в тишине ещё несколько минут, пока Драко не кивнул, благодарно взглянув на неё. — Ты лучший партнёр по контракту, который у меня когда-либо был, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — И ты лучший друг, Драко Малфой, — ответила она, её глаза сверкнули от тепла. — Но не переживай, я ещё найду себе настоящего мужа. — Ты достойна самого лучшего, Астория, — сказал он, его голос был искренним. — И ты тоже, Драко. Даже если ты ещё не понимаешь, что это значит, — ответила она, сжимая его руку, прежде чем вернуться к своему бокалу.***
Астория наблюдала за Драко, как он сидел напротив неё, его взгляд был устремлён в бокал с вином, а мысли, казалось, витали где-то далеко. Её сердце сжалось, как это бывало каждый раз, когда она видела его таким. Таким закрытым. Таким одиноким. Она безмолвно вздохнула, уводя взгляд в сторону, чтобы снова не утонуть в своих чувствах. Пять лет назад их "помолвка" началась как контракт — всего лишь удобное прикрытие от давления их семей и общества. Она помнила тот вечер, когда они сидели за бокалом вина, обсуждая детали их "союза". Он тогда выглядел уставшим, но по-своему очаровательным. Его улыбка, хоть и натянутая, всё равно зацепила её. Она думала, что всё будет просто. Что она сможет держать свои чувства под контролем. Но с каждым днём, проведённым рядом с ним, с каждым его взглядом, полным боли и тоски, она понимала, что её сердце начинает принадлежать этому мужчине. Её любовь к нему была сложной. Она никогда не была требовательной или ревнивой. Это была любовь благородная, принимающая. Она любила его за его ум, за его силу, за то, как он заботился о других, даже когда сам был сломан. Она любила его за ту нежность, которую он скрывал от всех, но которая всё же иногда прорывалась в моменты слабости. Но она знала правду. Его сердце всегда принадлежало другой. Даже сейчас, спустя столько лет, Гермиона Грейнджер всё ещё была в его мыслях. В его боли. В его взгляде, когда он думал, что никто не видит. Астория знала, что никогда не сможет занять это место, каким бы близким другом она ни была. Она любила его, но это была любовь, которая больше не требовала ничего. Она просто была рядом. Она была другом, опорой, тем, кто мог выслушать и поддержать, даже если её собственное сердце разрывалось на части. "Иногда любовь — это просто позволить другому быть счастливым," — подумала она, глядя на него. Драко заслуживал счастья, даже если он сам этого не понимал. И если ей предстояло быть просто другом, то она была готова принять это. Потому что его улыбка, пусть и редкая, была для неё важнее её собственных чувств.***
Драко сидел на краю кровати, расстегнув рубашку, и сжимал стакан с виски в руках. За окном Лондон казался ещё холоднее и серее, чем обычно. Но он едва замечал его. В голове крутилась только одна мысль: она ушла. Ушла, не оглянувшись, и он снова остался в одиночестве. "Чёртов идиот," — подумал он, запрокидывая голову. Он видел её глаза, когда они танцевали. Видел, как они менялись — от смущения до чего-то, что могло быть радостью, а потом вдруг... замкнутость, отстранённость. Он сказал что-то не то. Сделал что-то не то. Перешёл черту. "Я переборщил," — подумал он, вспоминая их танец. Её горячее тело, как оно двигалось в такт музыке рядом с его. В тот момент он позволил себе забыться. Её смех, её прикосновения... Это было слишком. Слишком близко. Слишком интимно. Как будто они были не на танцполе, а в своём мире, где ничего другого не существовало. Он сжал кулаки, чувствуя, как гнев на самого себя переплетается с растущим чувством утраты. Он знал, что должен был остановиться. Не говорить эти слова, которые рвались наружу. Не шептать ей, что она прекрасна. Не позволять себе смотреть на неё так, как он смотрел. "Ты напугал её, Малфой," — сказал он себе. — "Снова. Ты слишком далеко зашёл." Он снова сделал глоток виски, но горечь в груди только усилилась. Она дала ему шанс быть рядом, и он всё испортил. "Чёрт бы побрал это желание," — подумал он, вспомнив, как хотел её поцеловать, когда их лица были так близко. Его взгляд задержался на её губах чуть дольше, чем следовало. Она почувствовала это. Конечно, почувствовала. "Она чувствовала себя некомфортно," — убедил он себя, вспоминая, как её смех начал затихать, как она стала меньше смотреть на него. И потом — её внезапное исчезновение. Он тяжело выдохнул, вставая с кровати и подходя к окну. Город сливался с его мыслями, как одно большое серое пятно. "Я пытался сделать так, чтобы она чувствовала себя свободной, а вместо этого сделал только хуже," — подумал он, стиснув зубы. "Она никогда не выберет меня," — пронеслось в голове. — "Она любит Рона. Всегда любила." Но почему, чёрт возьми, она продолжала появляться в его жизни, ломая всё, что он старательно выстроил? Почему её смех, её глаза, её прикосновения были единственным, о чём он мог думать сейчас? Почему он до сих пор держал её в своём сердце, зная, что она снова уйдёт? Он провёл рукой по лицу, пытаясь унять рой мыслей. "Ты хотел вернуть ей огонь, Малфой, а не спугнуть её," — прошептал он себе. — "Но кажется, ты снова разрушил всё."