Серия «Охотники за Стелларонами: НЕСПЯЩИЕ»

Воскресенье снова погружается в обсессии. Снова моет руки чаще, чем нужно, снова прячет чёрные перья под бело-серыми, снова проверяет пиджак на мятость, снова размышляет об их Семейных ролях... Он делает это нарочно.

Элио-Раб Судьбы, который сильно много себе позволяет, Экзистенциализм Кафки, чью фамилию все ещё сложно узнать, Мечник, пахнущий ликорисами, битки Прометея, Светлячки, огненный шум и сирены по ночам, Гонки с бандитами Объездных окрестностей, у которых не работает форсаж, неккоректного содержания фильмы, Рай и Порядок в Раю, и взъерошенный енот с альтер-копией-двойняшкой-пандой, которые не знают друг о друге. И отсылки. Море отсылок в сценарии Элио, который не сильно хочет их вычёркивать.

У Блэйда были проблемы со всем, с чем только можно было. Проблемы c физическим здоровьем, проблемы с психическим здоровьем, нездоровые проблемы с привязанностью, жажда селфхарма, самоубийства, тотального одиночества и Ада. Теперь у него ещё и проблемы с Касторией. Или у неё с ним.

Келус дрочит, а Моцзэ, по привычке, наблюдает из тени.

Он не знал, почему знает её, что она любит музыку на пластинках, что на пластинках не музыка. Откуда в его голове были те мелодии с пластинок? Откуда звуки телефонных игр? Откуда ему так знакомы красные глаза? Запах духов от её накидки? Почему... Он не прыгнул за ней? Он знал, что внутри него сила Стелларона, сила разрушения, и знал, что именно они тянут его быть там...

— Пожалуйста, не води его в эту часть станции. Он ужасно боиться зубных врачей, — мило говорит Кафка, когда уходит. — Прости, — говорит себе вслух Герта, вспоминая слова Кафки, — Прости, но он ест полную дрянь. Пора к стоматологу.

— Моя дорогая АР-26710. Я ненавижу тебя всеми своими импульсами, каждым механическим вздохом своей вентиляции, каждым всплеском пламени, я ненавижу. — Мой дорогой Сэм. Я люблю тебя всем своим сердцем. Каждой частицей своей души, каждым вздохом моего тела и каждой каплей пламени, я люблю. — У тебя нет сердца. — Как и у тебя...