Всю жизнь притворяясь другим человеком, можно легко потерять себя. Самое главное - потом отыскать. Если конечно, это всё ещё возможно…

Живя в клане синоби, Мэй потеряла былую робость и скромность. Приобретя фамилию Наито, девушка больше не видела смысла скрываться под маской вежливой гейши, хоть и свою элегантность не растеряла. Она обрела свою настоящую семью, и это стало глотком свежего воздуха, но знала ли юная куноити, что в один момент ей придется снова столкнуться с трудностями только нового масштаба?

Мэй, наконец, обрела дом. Часть клана, часть леса, принявшая свою природу. Природу кицунэ... Эпоха Волка в империи Нойрё длится уже год, но за проклятыми горами кровавые последствия правления нового императора превратились в эхо. Отголоски минувшего противостояния тьме остались не только в памяти. Не печать, а след без образа. След, ставший новой угрозой.

Отличница, спортсменка, активистка и представитель класса Хаттори Мэй сталкивается с непреодолимыми обстоятельствами в виде соперника по всеобщему восхищению, Наито Кадзу. Куда приведёт их обоих вспыхнувшее между ними соревнование и что будет, когда Наито-кун обнаружит маленький пушистый секрет Мэй?

Он был первым, кто увидел шрамы на моих руках. Я помню, как его пальцы нежно прошлись по каждому, оглаживая руки, а я изрядно занервничал и даже напугался, словно подумал о насмешке с его стороны или какой-то неверной шутейке, после которой я его обязательно оттолкну и буду избегать..

Полина уже как два года является яблоком раздора между ними. Они всегда ссорятся, ругаются и кричат друг на друга. Иногда это дело доходило даже до рукоприкладства. Они враждовали, думая, что они хотят лишь внимания самой Морозовой, пока один из конфликтов не зашёл не совсем туда, куда надо.

Может быть, если бы Рома увидел Антона в толпе, то задержал бы свой взгляд на пару секунд лишь из-за белых локонов, но Рома видел Антона именно что вблизи. Ему предоставилась возможность замечать все новые и новые элементы Тошиного поведения, что притягивали внимание, словно магнитом, и открывались только при непосредственном общении. В общем, Рома понял, за что тот может нравиться девушкам.

После очередного примера, рука Антона невольно остается на бедре. Рома не замечает, слишком уж он эмоционально возбужден. Видимо, очень рад познаванием открывшейся с другой стороны учебы. Убирать руку не хочется. А что? Ромке, вроде, не мешает, а ляшки у него теплые, но твердые. Даже, подкачанные.

Ненастный Петров. И его похотливое поведение.

Рома - самый популярный парень в школе. Но это не помешало его девушке бросить Рому. Задетое самолюбие даёт о себе знать, и парень идёт за утешениями к своему лучшему другу...

Безобидная игра в карты привела не безобидные последствия для Антона, который отказался снимать рубашку, и Ромы, который буквально кипел от ревности.

В какой-то момент Ромка понял, что Полина больше не представляет для него интереса. В какой-то момент все пошло куда-то не туда и не по плану.

Тоня знает таких мальчишек, как Рома Пятифанов. Самоуверенный и жестокий хулиган, считающий, будто все должны его слушаться и подчиняться. И чего только девушки в нём находят? Ведь он — это одни сплошные проблемы. Нет уж, ей стоит быть умнее и держаться от него как можно дальше. Так Тоня считает до тех пор, пока одним прекрасным (или не очень) вечером не спасает Рому. А как известно, после спасения жизни хулигана твоя собственная жизнь уже никогда не сможет стать прежней.

Рома никогда не замечал Антонину по достоинству, а как заметил ноги начали подкашиваться

Рома, услышав похвалу от подруги, понимает, что поехал головой. Но, видимо, не он один.

Ты мой пёс, а я твоя хозяйка. Поцелуй меня ещё раз в губы сладко. Я выдавлю им всем глаза, А ты разрежешь от пупка до горла. Когда на тебя смотрит другая, мне на душе так горько. Ты мой пёс, а я твоя хозяйка. Поцелуй меня ещё раз в губы сладко.

Эндрю — стример, у которого расспрашивают кто был тот парень, что принес чай ему. Нил — известная модель, также парень Эндрю.

— А ты целуешься на первом свидании?

Антон всегда успешно скрывал то, что является омегой, однако, в один из холодных утренних дней его прикрытию было суждено упасть...

Время было давно за полночь, как Эндрю заметил, что Нил, который уже как несколько часов блаженно сопел на его груди, начал сильнее сжимать его в объятьях и боромать что-то невнятное. Когда до его ушей долетел первый стон, все встало на свои места.