Натаниэлю было скучно. До скрежета зубов и воя на луну. Как раз думая над тем, чтобы с помощью алкоголя поджечь что-то и устроить хаос, рыжий и увидел своего спасителя, которого тут же узнал. Эндрю Миньярд. — Никогда не понимал твоей страсти работать за баром, Ники, если клубы и так принадлежат тебе. — Это весело, — пожал плечами бармен, широко улыбаясь. — Что хочешь выпить? — Джин с тоником, — вмешался Нат, привлекая внимание обоих. — Можно? Или хозяин не снизойдет до такой малости?

Вечер после победы лисов над воронами был на столько весёлый, что оранжевая команда на утро не то что не могла вспомнить события праздника, многие позабыли их собственные имена, в голове было лишь торжественное осознание победы над лучшей командой в префектуре. Только вот вместе с похмельем и сильнейшим сушняком у спортсменов появилась ещё одна, куда более серьезная и ставшая в откровенный тупик ситуация: Нил Джостен- нападающий их команды исчез, оставив после себя свою маленькую 7-летнюю копию.

Аарон с детства ненавидит разных насекомых и членистоногих, вот только никто об этом не знает. Представьте реакцию Лисов когда парень заплачет у них на глазах, только потому что Ники хотел пошутить.

Он думал, что всему пришел конец. Его карьера была растоптана, тело и душа изранены. Сможет ли Натаниэль начать все заново тренируя "Лис"? И будут ли те рады своему второму тренеру?

— У нас же будет? — Аарон смотрит с азартом, почти с детским предвкушающим восторгом, а Кевин не доносит ложку до рта и вместо размякших хлопьев глотает горькую слюну. Что называется, позавтракали.

Первую свою собаку Кевин и Аарон привели с собой с улицы: дворняжку-подростка с обвислыми ушами и вполне себе ухоженной шерстью и не впалым животом для бездомной. Пёс абсолютно безобидно заластился Аарону к руке, когда у него на ребро ладони протёк соус из бургера, и заинтересованно повёл ушами на первое же вкинутое на удачу «Джек».

«Отит не опасен и проходит быстро», — очень аккуратно, будто чувствуя себя виноватой за то, что преуменьшает какую-то очевидную катастрофу, говорила Эбби. Аарон, несколько лет сносящий побои и вполне достойно это скрывающий, Аарон, проживающий в абсолютно немом отчаянии судороги перегруженного тела и по-настоящему свалившийся, только когда температура скакнула под сорок, буквально сходил с ума от того, что «не опасно и проходит быстро».

Он демонстративно языком подцепил таблетку, так, сука, чертовски знакомую, и как бы отчаянно Аарон ни держал зубы плотно сомкнутыми (аж челюсти заломило), она всё равно скользнула ему в рот. И спустя несколько мучительных секунд чистого насилия упала в пищевод.

— когда-нибудь мешал водку с энергетиком? — сердце к хренам разорвется.

— ты сегодня кушал? — да. — что ел? блять.

И это всё ещё дико и странно, и кажется сумасшедшим, словно галлюцинации, вызванные солнечным ударом, но вот они здесь, в крошечном белом кабинете главного спасателя. Наедине.

Эндрю не признается, но он правда влип с этими двумя.

...чтобы Вороны, и с Лисами водились?! Как природа повелела, воронам с воронами, так быть и должно!

Морияма обожал смотреть на своих жертв сверху вниз, наслаждаясь каждой секундой, каждой частичкой страха в чужих глазах. А Кевин и вправду боялся.

Ворон без крыльев – рыба без воды. Сломленный, бесполезный, обречённый. Кевин и не знал, что экси – не его крылья. Это его небо, которое не приносит ничего, кроме страданий, если ты бескрылый.