Каждую ночь, просыпаясь в холодном поту от кошмаров, они задавались вопросами: «Может они вернутся за мной и скажут, что всё это было розыгрышем?» «Он не мог исчезнуть без следа… Почему всё выглядит так, словно его не существовало?» «Почему я стал бедствием для тех, кого клялся защищать?» Чэн Цянь не думал, что, попав в детский дом, он наконец обретёт семью. Никто из них не думал, что наконец обретя семью, они лишатся её вновь.

Шесть округов Чжунбо были повержены и без сопротивления отданы иностранному врагу.Шэнь Цзэчуаня, единственного выжившего в битве, конвоировали в столицу, где он превратился в пса, которого норовил жестоко избить каждый человек.Сяо Чие, охваченный ненавистью, лично хотел чуть ли не до смерти пнуть Шэнь Цзэчуаня, но кто ж знал, что этот хиляк укусит его в ответ.С этого момента между ними завязались весьма сложные отношения, и при встрече они обязательно норовили друг друга укусить, пока однажды…

Кажется, здесь и сейчас он может получить все, что так желанно, только руку протяни. И Му Цин, впервые за все эти сотни лет настолько открытый, такой родной и безгранично любимый со своей нежностью, силой, уязвимостью и стойкостью, искренностью и гордостью… Фэн Синь так невыносимо сильно хочет вдохнуть его подобно воздуху, заполнить им свои грудь, вены, разум, все свое существо. Он так безумно хочет… — Я так хочу, чтобы мы поженились, — выдыхает он шепотом, словно в бреду.

Хуа Чэн — знаменитый во всем Сяньлэ художник, рисующий по своему принципу "моё божество — моё искусство". Се Лянь — четырёхрукий бог, сидящий на троне королевства уже не первое столетие и пригласивший Хуа Чэна поучаствовать в борьбе за должность придворного художника. Однако что, если за соревнованием стоит нечто большее? "Никогда не становитесь передо мной на колени. Я же высокий, не замечу вас и наступлю, — Се Лянь улыбнулся, обнажив часть нечеловеческих клыков, — шучу."

Если отвлечься от криков бушующего сердца на шум бушующего моря, то можно ощутить некое успокоение. Словно эта убийственная сила во всей своей холодности и беспощадности оберегает тебя от холода и беспощадности твоего собственного разума. [В арке Черновода произошло все то же самое, только Цинсюань назвал Хэ Сюаня правильным именем и смог убедить не убивать Ши Уду, а в качестве мести забрать Цинсюаня. Маленький дом посреди Черных вод, неловкость и попытки больше не делать друг другу больно.]

На юношеском всегда беззаботно счастливом лице напротив расцвела такая незнакомая, мягкая, умиротворенная улыбка, и последняя мысль мелькнула на задворках уплывающего сознания: «Это последний раз, когда я подведу тебя, брат. Обещаю»

Му Цин ненавидел сезон спаривания. И больше всего он ненавидел то, как легкомысленно в этот период, как какие-то безделушки, дарит направо и налево ракушки Фэн Синь.

— я просто знал, что где-то осиротел еще один ребенок. и что у него нет дяди, который мог бы приютить его. что у него вообще никого больше нет. | цзян юань! au

Постканон. Вэй Ин обнаруживает, что с Цзян Чэном все не так хорошо, как он рассчитывал. Лань Сичэнь обнаруживает, что после Цзинь Гуанъяо остался не только пиздец, но и кое-что очень ценное. Цзян Чэн обнаруживает, что некоторые старые знакомые не то, чем кажутся, а некоторые верные вассалы не такие верные, как хотелось бы.

— Хочешь занять его место? — Чт-что? — Ши Цинсюань моргнул, подняв на него глаза. — Сегодня я уйду отсюда с кем-то. Долг есть долг, и я так или иначе позабочусь о том, чтобы он был возвращён. Будь то кровью или деньгами, мне плевать, — Хэ Сюань провёл рукой по шее Ши Цинсюаня, удерживая его на месте. — Хочешь занять его место? Если нет, заткнись и иди… — Да, — Ши Цинсюань сглотнул. — Да, я займу его место.

— Гэгэ, я вернулся. Надеюсь, ты меня дождался, потому что я пришел забрать твоё сердце и никогда тебя больше не отпускать, — вкрадчиво бархатным шепотом заверяет Хуа Чэн, всё ещё не отрывая взгляд от чужих глаз. И Се Лянь может только пораженно открывать и закрывать рот, ведь ему уже двадцать восемь, между ними восемь лет разницы и всё это время Се Лянь искренне верил, что Хуа Чэн тогда просто говорил о своей детской невинной привязанности, а не серьезно решил бороться за его сердце.

Описание от автора: Версия новеллы, где Цзюнь У ослепил Се Ляня после его первого низвержения, поместив на глазах проклятые канги. После этого Се Лянь предпочел быть в одиночестве, чем становиться обузой для своих родителей и друзей. Но оказалось, что за ним все же кто-то приглядывает. От переводчика: пожалуй одна из лучших работ в англоязычном фандоме буквально по всем фронтам.

«Бессмертие души» – это религиозная и философская концепция, то, о чем испокон веков ведутся споры. Но одно дело спорить об этом, другое - помнить, что ты Старейшина Илин. – Когда я встречу Лань Чжаня, который не помнит обо мне, - обещал Вэй Ин. - Я обязательно буду за ним ухаживать. – Конечно! - согласился кто-то. - Потому что все гештальты должны быть закрыты.

Цзинь Лин не хочет жениться, да и быть главой клана ему не очень-то интересно. Он устал оправдывать чужие ожидания. В борьбе за власть он не хочет потерять главное, что имеет: юношу из клана Лань, с которым им никогда не быть вместе.

Как испортить совершенно нормальное состязание фонарей в праздник середины осени, включив не тот фильм. // или // Повелитель Земли, как и положено, случайно передаёт чашу с вином Се Ляню, но на сцене начинают играть не свеженаписанную романтическую драму, а давнее, очччччень давнее воспоминание. (Спойлер: это про тот раз, когда Се Ляня сотню раз проткнули мечом.)

Ло Бинхэ оттачивал навыки владения мечом в бамбуковой роще, когда муж вдруг впал в сильнейшее отклонение ци. Ночи напролёт демон дежурил у его кровати, с замиранием сердца ожидая, когда тот вновь придёт в себя. И Шэнь Цинцю действительно очнулся... Вот только это был совсем не тот, кого Ло Бинхэ знал. Меж тем Шэнь Юань, откинутый Системой в свой мир, отчаянно ищет способ вернуться назад, к мужу. [или ау, в котором Шэнь Цзю умер, но получил шанс возродиться в улучшенной версии новеллы]

Тоска стала бедствием утра и вечера, сияя, словно фонари Синих домов и алая потертая временем бусина. Медовые глаза под золотой маской в свете луны каждую ночь смотрят на далекую звезду, которая слышит даже шепот. Случайные дороги и тяжелые времена привели генерала Юнани, Се Ляня, в место, куда бы никогда не привела его душа. Бордель Призрачного города таит в себе много интересного, в особенности главный цветок и редкого неприкосновенного куртизанку-мужчину по имени Хуа Чэн.

Будучи покинутым и забытым своим возлюбленным, Чу Ваньнин умирает мучительной, тихой смертью в холодном дворце. И всё для того, чтобы открыть свои глаза вновь, вернувшись на три года назад. Чу Ваньнин надеется, что новая его жизнь будет отличаться от предыдущей, отойди он на второй план, словно безликий цветок. И как же жаль, что Тасянь-цзюнь ему не позволит. А/Б/О – Дворец – Перерождение АУ.

"Приветствую нового пользователя. В данный момент вам доступна миссия "Починка отношений отп". Желаете продолжить?" Перед лицом высветилась табличка как из какой-нибудь игры с большой зелёной надписью "ДА!" и совсем маленькой "нет" в уголке. Похоже, Не Хуайсан слишком долго сверлил взглядом это громадное "ДА!", из-за чего оно как-то самопроизвольно нажалось.