Сяо не уверен, что то, что он чувствует, называется любовью, но он хочет поделиться этим чувством с Итэром.

может телу и было приятно, но в голове юноши были лишь мысли о том насколько это мерзко. что это за люди? почему они решили взять именно итэра? и почему они блять не сказали ни слова, а лишь молча делали свое дело? а еще... если неожиданно появился второй человек, то сколько их вообще?

Итэр не мог позволить Страннику разбиться.

– Для Адептов и Архонтов, живущих тысячелетиями, человеческая жизнь словно краткий миг, быстро сгорающий фитиль свечи.

Что, если бы сигнатурное оружие путешественника могло менять свой тип?

AU!Итэр - Верховное Божество А так же родитель двух изредка просто невыносимых мальчишек, которые отказываются руководить своими регионами

Скарамуш исследовал тело Эфира вдоль и поперек, в разных позах, под разными углами. Он может не глядя найти губами шрам на бедре, оставшийся после пьяной драки в клубе, пальцами – нащупать на плече выпуклые шрамики после операции. Он знает тело Эфира лучше, чем свое, но ключицы – эти острые ключицы, о которые, кажется, можно порезаться, – выглядят чужеродно.

Итэр был обычным ребенком и хотел заполучить глаз бога. К сожалению, с возрастом он перестал о нем мечтать. Став обычным искателем приключений, блондин был в целом доволен. В одном из приключений он встречает рыжего мальчика, который твердит об одноглазике и рассказывает про своего грозного папу.

У Эфира удивительно осторожные руки. Он гладит Странника по бедру, время от времени рассеянно касаясь живота. Странник фыркает, поудобнее пристраиваясь на жилистом плече, и прикрывает глаза.

Итэр думал, что Сказитель был действительно красив, когда не искажал свое лицо злобной ухмылкой.

Волосы – сокровенная часть Итэра, прикосновения к которой вызывают тревогу. Но Итэр не может ощущать тревогу рядом с Альбедо, который решил растить сесилию на Драконьем Хребте.

Сяо не ворочается, не хмурится, не стонет. Его лицо безмятежно, хоть и выглядит катастрофически усталым, он застыл в одной позе – и в ней же, вероятно, планирует остаться на ночь, потому что в моменты спокойствия спит как мертвец, то есть абсолютно неподвижно. Венти мягко гладит Сяо по щеке, но он даже не подставляется под прикосновения, как делает обычно – настолько он вымотан.

Чжунли всегда считал, что в Тейвате весьма неприятное правило соулмейтов. И даже в какой-то степени радовался, что ему не приходится страдать из-за своего партнёра или причинять ему вред. Однако теперь он делает всё для того, чтобы Эфир справлялся с их общей болью как можно быстрее.

Эфир отдал последние силы, чтобы обряд вознесения Люмин прошёл успешно. Но у богов, как оказалось, другие планы.

В Мондштадте взбушевался ветер.

Ка Мин - Новый ученик, и парень Итэра, о котором никто не знал. Почему? Да потому что зачем им знать с кем Итэр встречается. Да и Ка Мин был не против.

У Венти не осталось времени.

Для Ризли Эфир из любого уголка Тейвата готов достать самый лучший и редкий чай.

Венти свободен, как ветер, но Эфир всё равно смог его обуздать.

– Привет, – улыбается Эфир, приседая на корточки, и выдры сразу бегут к нему, облепляя с разных сторон, тыкаясь своими мокрыми мордочками и протягивая небольшие ракушки. Смотря на них сейчас, рядом с Нёвиллетом, становится ещё более очевидно, что они слишком похожи расцветкой. Даже как-то и подозрительно это выглядит. Может, эти выдры произошли от одного гидро дракона..? Звучит, конечно, странно, но чего только в Тейвате не бывает, стоит немного позже задать этот вопрос.