В это мире нет родной души для Криса, с которой он может поговорить о сокровенном и больном. И он решил, что не нуждается в ней. По крайней мере, так он думал, пока в дверь не позвонил новоиспеченный сосед с заявлением о том, что они будут жить вместе. Но Крис никак не мог позволить этому случится.

Наследный принц Феликс Ли ещё ребёнком вдохновлялся образом Кристофера Бана: Великий маршал, за плечами которого длинный тернистый путь, тысячи побед и неудач. Уже тогда, где-то глубоко внутри, он знал, что роль правителя не для него. Феликс выбрал свой путь — не «как все, как надо». Он показал людям, что так _можно_, и остался в их сердцах тенью солнца, согревающей в самые холодные одинокие времена.

Чего стоит бояться больше – самих демонов или того, что они делают с людьми?

– Хен, научи меня целоваться, – вдруг сказал Ли и стыдливо опустил глаза. Крис опешил от этих слов и поперхнулся воздухом. – Что, прости?

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Двести баксов за неудобства... Двести баксов - цена его жизни. Он стоил, как четыре отсоса в особенно благоприятный день или как секс, который обычно не длился дольше десяти минут.

Когда Джисон засыпал на паре, последнее, о чём он думал, это то, что он проснётся на стоге сена в мире, полном мужчин, где его, назвав омегой, приволокут в гарем Повелителя. — Да какая я вам омега? Я Хан Джисон! Пол м-у-ж-с-к-о-й. Девятнадцать лет. Родился в Инчхоне, живу и учусь в Сеуле. Понятно? — Сумасшедший. Так и запишем.

Искренне улыбаться ища в глазах напротив хоть одно противоречие. Чтобы доказать, что всё это неправильно. Не имеет смысла. Вот только его нежные руки ложатся на талию Хёнджина и с медовой слабостью губы вновь прикасаются к неприступным возможностям. Может, и не стоило всё это того, что было. Может, стоило начать строить, а не разрушать. Сейчас же оглядываясь назад Хван понимает, что всё это было опытом. И краснеющий Минхо в его руках был и навсегда останется счастьем. Счастьем другого. Не его.

О персиковом соке, зонтиках и ящерках, выползающих после весеннего дождя

Они снова смотрят друг на друга, когда Чан делает шаг назад, выглядя немного не в своей тарелке. — Мне в самом деле пора идти. И тебе лучше забыть обо всём этом. — Что, если я не смогу? — Постарайся. Я тоже.

Неопределённое «Он» всегда относилось к одному человеку. В нашем дуэте существовало имя, которое нельзя называть. И в моей жизни существовал Тот-Кого-Нельзя-Называть. Как будто, если сказать его имя вслух, то вся магия разлетится на осколки от столкновения с реальностью. А имя у него было сладкое, с лёгкой кислинкой, как вишенка на торте. Хван Хёнджин. И от одной мысли о нём становилось вкусно, как от самого лакомого кусочка.

Когда твой парень безвылазно сидит дома и играет в видеоигры, единственным решением становится обыграть его в игре, чтобы он окончательно потерял к ней интерес. Так и Минхо решается сыграть против Джисона, даже не предполагая, чем это все ему потом обернётся. Jiji_one: Эй, ты, маленькое дерьмо, я вытрахаю из тебя всю дурь, если ты ещё раз посмеешь убить меня. LeeNow: С радостью :]

Бан Чан ходит в вечно выглаженной рубашке, которая никогда не выбьется из брюк. Таких как он называют «хороший мальчик» и ставят в пример таким как Чонин. Бан Чан бесит до искр перед глазами. И от этого испортить его хочется лишь сильнее.

au, в котором Джисон берет домой котенка и называет его человеческим именем, не зная, что из-за этого его питомец может превратиться в человека.

Джисон ненавидит себя за то, что решился спорить с этим человеком... Или все же нет?

минхо бесчисленное количество раз объясняли, почему нельзя спать с джисоном. и вроде бы ли понятливый парень, но этот сукин сын, хоть и болен, но очень хорошо знает, что нужно делать, на какие точки давить, как заставить поддаться. манипулировать ли для джисона все равно, что дышать. так же просто и он всегда знает, что старший сдастся и хан получит желаемое.

Именно сегодня Ли казался таким привлекательным. Последние две пуговицы рубашки были расстёгнуты, открывали вид на острые ключицы, сводя Джисона с ума. Минхо поднял глаза, устремив взгляд точно на Хана, ухмыльнувшись показал кончики клыков. По коже Джисона прошёл табун мурашек. Этот вечер он запомнит надолго.

В очередной выходной Феликс и Чанбин повели Минхо в клуб, утверждая, что сегодня им просто жизненно необходимо отдохнуть после трудовых будней.

"Да как человек может быть настолько идеальным?" - думал Хан Джисон, глядя на старшего

— Папочка, а ребята не заметят? — Я сделаю всё, чтобы никто никогда не узнал про наши маленькие развлечения. Не беспокойся, мой малыш.