Пожилой Аль-Хайтам часто посещает таверну. Ему кажется, что он должен забрать что-то (кого-то?), когда уходит оттуда. Он идёт домой с двумя ключами в руке, несмотря на то, что живёт один. Он ест суп, который всегда есть у него дома. Аль-Хайтам страдает деменцией. Кавех умер десять лет назад.

По пути на вечеринку в честь дня рождения путешественников Чжун Ли и Чайльд понимают, что заблудились, а затем оказываются посреди заснеженного шоссе без топлива. Это злит Чайльда, и теперь Чжун Ли должен заплатить ему «долг» за то, что они оба опоздали.

- Я хочу увидеть тебя с другой стороны. - Другая сторона меня - не человек. "Я", выползшее в тот день из бездны, было чудовищем. - Покажи мне.

Просто Чжунли и Чайлд извращаются друг с другом! Наслаждайтесь кинктобером этого года!

После долгих лет странствий Дилюк возвращается в Мондштадт и встречает Кэйю. Их случайная встреча пробуждает самые неожиданные воспоминания. К тому же выясняется, что эффект от запечатления не ослабевает даже спустя многие годы. Сюжет, по сути, сводится к тому, что Дилюк отлизывает Кэйе, пока Кэйа ностальгирует и вспоминает их с Дилюком первый раз 👅💦

На мгновение в кабинете воцарилась тишина, и Нёвиллетт отчаянно сжал бедра, надеясь, что Ризли этого не заметит, но в этот момент он был уверен, что тот все равно это сделал, судя по тому, как снова потемнел его взгляд. - А, внезапно, мы уже не такие разговорчивые, да? Он не ответил. Да и не мог. Нёвиллетт отвел взгляд, не в силах больше смотреть на Ризли, его мысли метались, а сердце учащенно билось от страха вызвать нежелательный несчастный случай.

Находясь в командировке, Чайльд обнаруживает, что даже звук голоса его мужа может быть ужасно возбуждающим.

– Полагаю, мы оба расследуем недавнее дело, верно? У меня было предчувствие, что Вы будете в нём участвовать, – Ризли всё явственнее улыбался, и уголки его глаз окружили мимические морщинки. // Верховный судья Нёвиллет в одиночку отправляется расследовать дело и внезапно натыкается на своего коллегу.

при мысли о том, что она будет лежать на его роскошной кровати, истекая похотью и наслаждением, глаза тартальи заблестели в предвкушении.

Испокон веков мужчины падки на сладкую ложь.

Тома и Аято на званом вечере клана Камисато. Все, что хочется Томе — согнуть Аято пополам и глубоко в него войти. Но какой стыд, какой потенциальный ущерб это принесет их репутации? Он не уверен, что может так рисковать. К счастью, накидка Аято длинная и он хорош в умении помалкивать.